— Точно не фантом, — печально согласился полковник. — Я видел его, как вот тебя сейчас. И совершенно точно это был живой человек из плоти и крови. И вот таким вот, — он показал руками, — Карающим мечом, будь он неладен.

— И тем не менее, кроме наших с тобой свидетельств больше ничего нет, — садясь на своё место, проговорил майор. — Такое ощущение, что он впервые появился тогда в сквере больницы. А теперь ровно также исчез в никуда. Он как будто почувствовал, что мы его вычислили, и испарился.

— Да уж, — выдохнул Голицын и приложился к собственной чашке с кофе, в котором была изрядная доля коньяка. — Но есть и положительный момент. Наш подозреваемый в краже Тайнописи Руслан Могучий остался без своего покровителя.

— Предлагаешь допросить? — оживился Оболенский, но как-то сразу обмяк. — Полагаешь, нам дадут это сделать? Мы уже несколько раз были близки к тому, чтобы его взять, но каждый раз всё шло не так, как надо. Даже когда с той подпольщицей взяли.

— Там тоже мутная схема была, и мне сразу Ушаков по голове настучал, но потом никак это не комментировал, — полковник не любил вспоминать события последних дней, но это было необходимо для анализа ситуации. — А вот теперь…

— Давай подумаем, что у нас есть на этого Могучего, — сказал майор и раскрыл блокнот, куда записывал всю информацию по текущим делам. — По сути, мы отследили сигнал от Тайнописи до его дома, но нам это ничего толком не дало. Она исчезла.

— Совсем, как трибунал, — хмыкнул Голицын, и тут ему в голову пришла свежая мысль. — А давай-ка сейчас включим улавливатель, вдруг он уже достал артефакт? Из того места, куда засунул до того?

— Точно! — Оболенский аж просветлел. — И если заметим активность, это будет достаточным основанием на то, чтобы получить ордер.

— Бинго, — кивнул полковник и сразу же сел заполнять форму на разрешение использования уловителя.

* * *

Я не стал бить сразу. Сначала я схватил его кулак и сжал пальцами так, что у того захрустели кистевые косточки. Перлов взвыл, но тут же в его глазах засветилась ярость, а губы начали шептать заклинание.

У меня была мысль стребовать с него извинение, потом нагрубить в ответ, но руки действовали быстрее, чем язык. Свободной рукой я двинул ему по шевелящимся губам, выбивая из них брызги крови. Я чувствовал, как крошатся зубы под моими костяшками, но мне не было жалко паренька. Уверен, он собирался сделать со мной ничуть не лучшие вещи.

И всё-таки один-единственный огненный смерч он выпустить успел. Я поставил блок, но тот, обойдя меня, устремился глубже в туалетную комнату. Мне сильно повезло, что это произошло именно тут, поэтому основную нагрузку ударного заклинания принял на себя кафель.