Снова ропот, отдельные выкрики прервали его, но он сделал повелительный жест рукой, показывая, что просит тишины.
— Понимаю, с этим тяжело смириться. Я сам до сих пор не могу прийти в себя. Но дело всё в том, — тут он филигранным актёрским движением смахнул несуществующую слезу, — что империи надо жить дальше. Я собрал вас всех для того, чтобы решить, кто войдёт во временное управление. Сминая и убирая подальше все свои смятенные чувства, я предлагаю свою кандидатуру на первое время.
Тут зал притих, никто не решался сказать ни слова, потому что все осмысливали сказанное.
И только Окунев, стоявший по правую руку Ушакова, вдруг повернулся к Константину Семёновичу и совершенно разборчиво проговорил:
— Прошу прощения, но у меня есть другая кандидатура.
Глава 18
— Саториус! — рявкнул барон Захерт, когда подчинённый явился по его приказу. — Либо ты мне сообщаешь, что все мои указания исполнены, либо ты уволен! Понял⁈
Прибывший необычно низко поклонился, словно признавая свою вину.
— Уж извините, ваше благородие, — он быстро глянул на кресло из красного дерева, на котором сидел барон, на убранство стола и сделал какие-то свои весьма таинственные выводы. — Но ситуация меняется быстрее, чем мы можем сориентироваться. В последние две недели события несутся всё ускоряющимся галопом, поэтому достаточно сложно выполнить некоторые поручения. А некоторые из них устаревают, едва вырвутся из ваших благородных уст.
— Саториус, скажу честно, — барон поднялся и, переваливаясь с боку на бок, словно утка, прошёл к подчинённому, после чего взял его подбородок толстыми пальцами и заглянул в глаза громиле, с которым был практически одного роста. — Ты меня утомил. Ты всегда только обещаешь, но ничего не исполняешь. Такое ощущение, что ты в буквальном смысле этого слова саботируешь деятельность моей организации.
— Если бы это было так, — с улыбочкой ответил Саториус, даже не пытаясь вырвать свой подбородок из хватки начальника. — То, при всём моём уважении, вашей организации уже не существовало бы.
— Да как ты смеешь!.. — начал было Захерт, но потом решил, что проще отдать приказ об устранении, чем самому марать руки. — Доложи о происходящем, — проговорил он совершенно другим тоном, и его рука безвольно упала вниз. — Что тебе не даёт работать так, как надлежит?
Следующие несколько минут барону оставалось только удивлённо округлять глаза и поминутно следить за челюстью, чтобы не слишком низко падала, так как события действительно творились невероятные.
— Буквально вчера через нашу агентуру я получил информацию о том, что императорская семья в полном составе исчезла, — проговорил Саториус и увидел первую реакцию Захерта, поэтому продолжил: — Да, я тоже сначала не поверил, но затем получил подтверждение данной новости. Дело в том, что активизировалась сеть хорошо нам известного Константина Семёновича Ушакова, который вместо того, чтобы следить за неприкосновенностью императорской семьи, сам решил влезть на трон. Не очень благоразумно с его стороны, правда? — и тут громила в тёмном, несмотря на жару, костюме посмотрел Захерту прямо в глаза.