В дальнем углу — восседает кто-то из крупных механических богов. Эдакий Мойдодыр на самоварной тяге. Пара мелких существ на его спине шустро закидывают в топку разлапистые шишки. Бог довольно коптит кривой трубой и наполняет помещение ароматом майских праздников. Лес, костры, шашлыки…

Фантасмагория…

С минуту наблюдаю как пирует под потолком группа феек. Потягивают что-то из крохотных чаш и комариным звоном напевают веселую песню. Задорная пара кружится в танце, демонстрируя всем желающим стройные ножки и отсутствие нижнего белья под юбками. Чуть покраснев, не успеваю отвести взгляд. Заметив мое внимание феи за столом дружно отсалютовали бокалами и поклонились. Киваю в ответ, улыбаюсь. Хотя радоваться особо нечему.

Как ни странно, размеры маковых посадок к утру не выросли в десятки раз, а наоборот, ужались, до четких двадцати квадратов. А ведь я рассчитывал на бескрайние маковые поля, посвященные моей персоне и ежедневно геннерящие тысячи совушек. Не срослось…

Ладно, может еще разрастутся. На крайняк — у меня ведь еще есть семена пальмовых арбузов… А это — древесина, еда, питье, спиртное — все натуральное! Вот где Клондайк!

На форсаже, с натужным гудением, подлетел официант с медным подносом. Выставил на стол блюдо с потрясающе пахнущим мясом. Затем еще пяток плошек с гарниром: мясо, мясо, мясо и, наконец, мясо с мясом.

Покачав головой, я осторожно понюхал каждую мисочку — не все выглядело эстетично. Две сразу отставил в сторону — я не медведь, тухлятину не ем. И не эскимос — сырую печень в кровавом бульоне — не употребляю. А вот остальное — вполне прилично. И знать не хочу чем оно было при жизни.

— Ав, — чуть утолив первый голод поинтересовался я у друга. — А какие божественные умения лучше прокачивать?

Авось закашлялся. Отложил в сторону толстую реберную кость, из которой с недовольным сопением добывал жирные мозги, удивленно уставился на меня:

— В смысле?

— Ну… я молодой бог. Накопилось, вот, чутка очей совершенствования, решил раскидать.

Ав подался вперед и понизил голос:

— Ты хочешь сказать, что десятый, это твой максимальный уровень, а твой возраст…

— Два дня. Я реально молодой бог. Сегодня второй день осознанного существования в роли божества. Прикинь, да?

Я улыбнулся, однако, Ав меня не поддержал:

— Ты… ты бывший смертный герой? Поднявшийся по Лестнице в Небо?

— Ну… герой не герой… Но про лестницу там что-то было. А что, это редкость? Чего ты так напрягся?

Ав осенил себя символом бесконечности и торжественно прошептал:

— Клянусь Творцом сохранить твое смертное происхождение в тайне! Лаит, ты не понимаешь! Такие как ты, появляются относительно часто — раз в несколько веков. И почти всегда вы ощутимо встряхиваете Древо: от макушки и до корней. Некоторые даже называют вас Карой Творца! Глупцы — презирают. Мол, бывший смертный, чернь. Умные — опасаются. Сильные — уничтожают. Ведь это кем надо быть, чтобы за одну короткую жизнь успеть стать богом? Превратить планету в зиккурат и принести миллиардную жертву Жнецам? Так маловато вроде будет. Вырезать собственный пантеон? Ну… В некоторых случаях этого достаточно… Да кому я рассказываю?! Твои деяния должны быть сравнимы с божественными! Вот как?