Спасенные нами гражданские наконец миновали ворота. Правда, их сразу остановили для постановки на какой-то «учет», где проверяли документы.

Тут же началась ругань и причитания. По мере приближения к воротам взгляду открылось место со сложенными там тушами тварей. Судя по следам, их волоком буксировали из-за ворот.

Громыхание строительной техники перекрыл чей-то голос:

— Ну че, встали как очаровашки! — с издевкой прокричал кто-то. — Щас закроем и будете там торчать!

Крик, видимо, предназначался нам. Пока гражданские проходили в ворота, мы с Михайловым стояли чуть в стороне на случай внезапной атаки.

Сознание охватила вспышка раздражения. Какого хрена этот языкастый вояка, что сидел в охране, открывает рот? Что он о себе возомнил?

— Заткнись, — прорычал я.

Голос был не таким уж громким, но металлические нотки сделали его гулким и отчетливым. Несмотря на шум, он отчетливо разошелся по округе. Я тут же ощутил на себе чужие взгляды.

Я мысленно ругнулся, поняв, что неосознанно допустил применение ментальной энергии. Утомление ослабило самоконтроль, а напряжение прошедшей ночи перешло в раздражение, которое я выплеснул на какого-то идиота.

«Да и плевать, — подумал я. — Не будет нарываться в следующий раз».

Как ни в чем не бывало я спокойно миновал ворота. Видимо, поведение полностью соответствовало моему внешнему виду. Я весь был измазан в крови, а лицо, вероятно, выражало соответствующие эмоции. Михайлова, похоже, узнали, так как к группе военных и мне вопросов ни у кого не возникло.

— Новоприбывшие! — послышался суровый голос впереди. — Кто прошел контроль, проходим вперед, не загромождаем взлетку!

Замеревшая было толпа потянулась вперед.

— Слух, а куда? — спросил стоящий рядом Марс.

Я увидел, что тот самый командир, с которым у Михайлова вышел спор, уже с недовольным лицом поспешил уйти. Дроновод повел спасенного летчика, кажется, к медсанчасти. Тот, оказывается, при приземлении травмировался и нуждался в помощи. Мы же остались, словно предоставленные сами себе. Кажется, всем было плевать.

— Нас сформировали по отрядам второпях, — пояснил в ответ на мой вопросительный взгляд Михайлов и добавил: — Надо бы поискать командира да доложить. Коготь, ты как, с нами?

Они оба повернулись ко мне в ожидании ответа.

— Я пока сам справлюсь, — произнес я. — Вы скажете, если что, как вас найти.

Как я уже заметил, военные здесь были разделены на обычные армейские подразделения и отряды сверхов. Так как мои новые друзья относились к последним, то при случае найти их я смогу быстро.

— Ладно, парни, хорошо поработали, — произнес я после короткого объяснения Михайлова. — Если что, ещё увидимся. Удачи вам.