— Да, девочка, про твоего деда, который предал меня.

— И вот, мы работаем ровно месяц. Изумруды попадаются в копеечных количествах. Да мы и не претендовали, но старательно составляли отчеты и отправляли с фотографиями Долгоруким. Всех все устраивало. Но в один день мои люди не ответили на вызов. Мы пытались установить связь с ними весь день и ночь. На второй день связь установить тоже не удалось. Поэтому я, взяв охрану и позвонив Багратиону, отправился на остров. И представь, Дамир, ситуацию. Мы с Арсеном сходим на берег, а нам навстречу выдвигаются шесть машин с гербами Долгоруких и в грубой форме посылают нас с острова. Меня полностью игнорируют и на мои вопросы не отвечают. А когда Арсен Алексеевич представился, знаешь, что они сделали?

— Нет, конечно. — Я пожал плечами, хотя догадка у меня была.

— Они открыли огонь на поражение. Но сам понимаешь, два виртуоза против десятка машин и тридцати бойцов, не достигших ранга учителя. Это просто избиение. Когда мы вошли на территорию шахт, мы нашли моих людей убитыми и сложенными в ряд. От оборудования осталось пара штук, которые, видимо, не успели еще запечатать и отправить. Позже мы нашли его в Америке, у конкурентов. А мы отправились в Екатеринбург. Пришли к Демидову и объяснили ситуацию. И если нападения на меня он бы еще спустил на тормозах, заставив выплатить огромную виру. Но нападение на главу тайного отделения его очень разозлило. Ведь мы нашли одного из старейшин Долгоруких среди тех, кто напал на нас в машинах. А не знать Багратиона он не мог. Позвонив Долгоруким, он задал вопрос: зачем убили моих людей и напали на Багратиона. Но твой дед, Надя, в грубой форме донес до Демидова, что он тут никто и Долгорукие должны править Екатеринбургом. А убийство Багратиона — это только первый шаг. А японцы — это вообще всего лишь мусор под его ногами. — Фудзивара закончил рассказ и протянул руку за кружкой чая.

— Демидов тогда был в бешенстве. Взяв нас двоих и пару человек охраны из виртуозов, мы направились в квартал Долгоруких. Так мы и убили всех. Предательство княжества Демидов не прощает никому. Я лично убил вашего отца и деда, Надежда, а Акено-сан стоял с пистолетом над вашей беременной матерью, но не смог нажать на курок.

— Зачем было их всех убивать? — всхлипнула девушка.

— По-твоему, лучше было бы публичная казнь за измену княжеству и позор на всю жизнь? А так ты жива и у тебя есть муж. Твои предки получили по заслугам. — Акено закурил.

— А причину вы узнали, почему убили ваших людей? — полюбопытствовал я, доставая сигарету из пачки Фудзивара, которую он кинул на стол.