— Я не думаю, я знаю. Я великий князь, а Юсуповы не более чем аристократы. Который решил, что может меня гнуть, куда ему вздумается. Вместе с вами, прошу заметить. Нет, господа. С этого дня мы играем или вместе по общим правилам, или вы играете без меня.

— Что это значит, Дамир? — сузив глаза, произнес Багратион.

— Здравствуй, племянник. Прости за опоздание, но твое приглашение было очень неожиданным. Поэтому позволь сперва поздравить и с женами, и совершеннолетием. Но хочу заметить, что я был неприятно удивлен, что ты знаешь о моем секрете, — подвинув стул, за наш стол присел мужчина. Полная копия меня, только старше. Намного старше.

— Здравствуй, дядя. Думаю, ты знаешь всех, кто присутствует за этим столом. А это моя жена, Надежда Болконская, и невеста, Шина Фудзивара, — проговорил я, кивнув на его приветствие и указывая на девушек рукой.

— Увы, знаю. Некоторые даже были моими друзьями детства. Дамы, примите мои искренние комплименты. Вам нет равных на этом приеме, — произнес он, протягивая руку за бокалом.

И если князья сидели в полном удивлении, то Надя и ее подруга просто сделали вид, что не обращают внимания на мои разговоры и шептались о своем. А вот Распутин, сложно описать его реакцию. Он не мог поверить своим глазам и то открывал рот, чтобы что-то сказать, то закрывал его.

— Игорь, это правда ты? Но ты ведь умер. Я ведь был в тот день в поместье. — дрожащим голосом произнес Распутин.

— Это правда я, Андрей. Отец не смог меня убить. Рука не поднялась. Вся его бравада, что честь важнее крови, была просто глупостью. Но послушай, у тебя на лацкане пиджака значок рода. И этот род не Болконских. Ты ушел все-таки от этих проклятых предателей? — наливая вино, проговорил дядя. А в конце, поддавшись вперед, опустил взгляд за родовой герб Распутина.

— Дамир, отпустил меня и семью, дал разрешение на создание своего рода, — холодно и с металлом в голосе проговорил Распутин.

— Правда? — удивленно перевел на меня взгляд губернатор Перми. — Племяш, ты меня просто поражаешь, в моих глазах ты сейчас очень поднялся. — похлопал в ладони он.

— Слушай, дядя Игорь, расскажите мне. Вы ведь очень давно в политике Перми. Почему Демидов вас не узнавал. А вряд ли вы не пересекались за годы у власти.

— Борода, Дамир, очень сильно меняет человека. Сегодня первый раз, когда я ее сбрил после ухода из дома.

— Дамир, что происходит, почему этот человек тут? — очнулся от своих мыслей Демидов.

— Демидов, вы издеваетесь? Он мой гость. Он мой ближайший родственник. Что вас не устраивает? — решил я строить из себя дурачка.