Потрепанный отряд воинов, с которым мы шли, тоже с вниманием прислушивался — видно, нечасто до объяснений с рядовыми бойцами опускается такая личность, как один из двух десятников личной охраны барона. (кстати, я тихонько пообщался с одним из бойцов — оказывается, Вукх очень весомая здесь фигура. Фактически, левая рука барона, занимающийся делами войны. После такого объяснения я даже задумался, с чего это его Жолид отпустил — мог же послать кого-нибудь попроще? Наверное, больше не рискнул никому доверить свою дочь в таком опасном путешествии).

— Ну, говори — приказал десятник прибежавшему обратно пареньку

— Они ушли, там, на другой стороне у них были привязаны кони — и забрали с собой убитых.

— Ладно, тогда поехали дальше. Вик, сможешь в движении просматривать окресности?

— Нет, я такого пока не умею — с сожалением признался я. Честно говоря, эта возможность относилась к общей магии — одаренный работал своеобразным радаром, посылая определенно сформированные импульсы кругом, вокруг себя. Это было на несколько порядков сложнее, чем обычная сигналка, которой я пользовался.

— Досадно — согласился десятник — ну, ничего не поделаешь. Правда, раньше такого наглого нападения еще не было — обычно они нападают на деревушки рядом с границей. Обычная тактика нападения враскачку небольшим отрядом: напали — отскок — напали — затаились (выбрали другое место) — напали. И так пока не получат другой приказ или не потеряют достаточно людей, что бы отступить. Ну, или пока не выполнят свою задачу. Очень удобный прием. Позволяет малым отряда держать в напряжении большие территории, и сковывать превосходящие силы противника.

«- Ясно, партизанская тактика, если по-нашему» — перевел я сам для себя — «похоже, у них тут большая практика в военном деле. Мин точно будет рад здесь задержатся. Да и я не против. Помнится, мой наставник по боевой магии Мохад говорил, что в условиях военных действий очень быстро развиваешься (правда, если тебя не убивают). А притаится на долгие годы в каком-нибудь тихом уголке, и тихонько сидеть не высовываясь — скучно, я так не смогу. Лучше уж жить так, с риском, но интересно, по-настоящему!» — озвучил я про себя, просто перевел в слова то, что созрело во мне за последние несколько месяцев. Вообще, я незаметно сам для себя поменялся, причем в лучшую сторону — из человека, который смотрит, как живут другие, я превратился в того, который живет сам. Очевидно, это тихо и незаметно мне внушили монахи Никассу. А я, прочувствовав эту позицию на своей шкуре, теперь с ними согласился на все сто процентов. Правда, тот я, который был еще года три назад был другого мнения — но кому он нужен, этот нытик⁈