На палубе копошилось множество раненых и полностью здоровых, но сбитых с ног людей. Корабль продолжало раскачивать. Мне пришлось сосредоточиться на микроменеджменте. Пытаться направлять сбитых с толку в нужное место. А еще у нас была Итка. Единственная, кто вообще не страдал от качки. Ее невысокая, гибкая фигурка с поразительной легкостью подстраивалась под каждый новый наклон палубы. Оставалось только вести бывшую смертницу по правильному маршруту, чтобы наносить врагами как можно больше урона.
«Вот этого сзади. Сюда. Теперь левее».
Юркая акробатка порхала среди неуклюже шатающихся бронированных мужчин, скользила по крови босыми ногами, но не падала, а лишь набирала скорость.
«Вот слева! Обернись! Который упал. Его».
С каждым удачным добиванием заполнялась шкала ярости. На обычно апатичном, безразличном лице появилась гримаса одновременно гнева и отчаянья. Совсем рядом с головой девушки вонзился брошенный, цельнобронзовый трезубец. Каким-то чудом она успела сместиться и снова бросилась в гущу сражения. Брони Итка сейчас не носила вообще. Руки покрыты мелкими царапинами, на плече и шее следы ожогов от капель кислоты монстров, в хитоне несколько крупных прорех по той же причине, пострадавшая кожа пузырится, свежей кровью блестят язвы рядом со старыми шрамами, но этот с виду хрупкий человечек продолжает биться.
Отдельную роль в бою сыграли где-то полтора десятка легионеров во главе с Ганом. Оказавшись на палубе после очередного толчка, они не попытались встать, но набрасывались на таких же упавших врагов. Те не могли использовать свое оружие в полной мере. Их тогда закалывали гладиусами, а чаще кинжалами пугио.
Резня длилась довольно долго, однако все хорошее когда-нибудь заканчивается. Несмотря на практически полный иммунитет от паники и крайнюю живучесть, враги сдавали позиции. Их было меньше. Магия отсечена подавлением. Плюс они не могли раскрыть в толчие весь свой потенциал бойцов-одиночек. Кого-то из них сожгли или выкинули за борт маги, но большая часть была заколота легионерами. Из шести голов сциллы уцелели три. Из щупалец пять. Остальное обратилось в обожженные рубцы. Чудовище ревело, пытаясь атаковать. Но ослабленные подавлением удары щупалец отражали жгуты телекинеза Великого Пламени. Казалось, что победа за нами. Это была правда, но дьявол как всегда скрывался в мелочах. Если, конечно, двух с половиной метрового полубога можно назвать мелочью.
Пользуясь тем, что строй легиона рассыпался и многие попадали, Эскалон из Бездны рванул ко мне. Его черное, могучее тело покрывали бесчисленные раны. Десяток прогнувшихся пилумов торчали из спины, в ребрах застрял гладиус, в бедре снаряд от скорпиона. Но полубог, казалось, даже не замечал таких мелочей. Его взгляд по-прежнему оставался удивительно спокойным. Он рванул ко мне, обходя или сбивая с ног всех встречных. Децимала и Касс встали передо мной, я сам использовал на гиганте Призрачную Хватку, но та лишь замедлила его. Он был уже безоружен, но уверен, что и голыми руками способен разорвать человека. Еще рывок! Я пытаюсь достучаться до ближайшего мага. Нужен телекинез. Но раньше успевает Гинд. Он движется навстречу грозному врагу с длинным изогнутым на кончике в обратном направлении клинком ромфеи. Удар. Тяжелая голова полубога с громким стуком падает на палубу. Отлично! Удар просто десять из десяти, Гинд. Математическая точно…