Затем быстрым шагом поспешил вниз по лестницам бастиона, в котором мы расположились. Пора осуществить план ради которого я покинул гавань.

«Открывайте малые ворота». — скомандовал я десятку велитов, которые начали снимать проржавевшие засовы.

Я спустился в полуподвальное помещение, которое столетиями было заброшено. Наверное, когда-то оно использовалось для досмотра гостей или как накопитель перед вылазками за стену. Теперь здесь был морг. Сюда занесли примерно семь десятков тел. В основном наемники Гильдии, погибшие в схватках с бессмертными.

«Всем отойти». — скомандовал я охране, а затем обратился к силе Порчи. — «Кавалькада проклятых».

Вокруг меня распространился призрачный туман. Этот навык подрывал мораль врагов, накладывал эффект Погибели, защищал от вражеской магии, но самое главное все трупы, оказавшиеся в зоне действия кавалькады, заполнялись потерянными душами. Мертвая масса вокруг меня зашевелилась. А теперь второй этап. Я использовал оставшиеся заряда, чтобы преобразовать часть трупов в четыре аквилы Порчи.

— А теперь вперед! — скомандовал я, обращаясь к нежити. — Несите свои знамена на поле боя! Покажите им тень вашего темного бога!

Через малые ворота мертвецы покинули бастион, а я обратился к Меликсу:

«Нужно дать моей нежити добраться до скоплений вражеских трупов. Выпускайте все, что есть. Магию, умертвий, демонов».

И грянул гром. В этот раз Меликс и ко превзошли сами себя запустив сразу четыре стандартные огненные бомбы и одну нестандартную. Это был пульсирующий, активно искрящийся снаряд. Яркая вспышка осветила черный город. Красиво. Снаряд взорвался перед вражескими ордами, идущими по пятам наших отступающих подразделений. Вместо обычной ударной волны вспышка раскидала множество ярких искр, обжигающих все на своем пути. Каждая из искр тоже вспыхнула, создавая небольшой взрыв и выпуская облако черного дыма. Отлично. В ход пошла магия, создающая дымовую завесу. Под прикрытием этой канонады и с помощью нескольких десятков умертвий Великого Пламени, мои мертвяки прорвались туда, где недавно легионеры рубились против туземцев. Дальше все четыре аквилы были установлены. Четыре знамени горя и ужаса далекого Севера. Каждая аквила выпустила вокруг себя туман Порчи, в котором окружающие мертвецы начали подниматься. Вставали даже тела ашминовых трутней. В отличие от умертвий Великого Пламени Порче не обязательно было наличие в трупе тени. К телу просто привязывалась одна из потерянных душ. И вот из шести десятков оживших мертвецов и четырех аквил получилось практически четыре сотни неживых бойцов. Они послужили отличным прикрытием для нашего отхода за стены.