Фига он кризис-менеджер.

— Мы стали сильнее. Спору нет. — скрипучим голосом произнес уже седой пират с тяжелым золотым ожерельем на шее. — Будь против нас кто другой, я был бы спокоен, как труп в могиле. Но Осьминога мы хорошо знаем. Эта жирная сволочь давно хлещет нашу кровь. Теперь он не один. С ним Палач. Важная шишка в Империи. И про него говаривают, что с демонами знается. Думаешь, напугать их узкоглазым наемником и его колдунами? Ну так Палач с ним уже бодался. Твой дружок Тайкано сбежал, а от городка того только пепел остался. Шаддинскому царьку до наших голов заботы нет. Он разок уже с имперцами помирился, может и второй помирится, а нас к тому времени всех по крестам развесят.

Кажется, в криминальном сообществе Терионы назревал если не бунт, то демарш оппозиции. Фальвус был прав насчет пиратских нравов. Лихие люди сражались за свое собственное богатство. Каждый вел в бой личные суда и терять их ради чужой выгоды совершенно не желал.

— Ты задаешь вопрос, но сам уже на него почти ответил. — хмыкнул Гастос. — Шадд и Империя разок помирились. Помирятся и другой. Как только гиганты перестануть кусать друг друга, то мы из союзников Шадда снова станем разбойниками, гадами и презренными душегубами. Вы все это понимаете. Потому что сколько бы я вам не талдычил убрать лапы прочь от шаддинских и сулимских торговцев, кто-то все равно срывается. Значит у нас есть только один шанс. Шанс именно сейчас затопить имперский флот. Если выгорит, то… Сулим надолго встрял в междоусобицу, Ти-Шадай бодается с Лин-Лаги, у Шадда маловато кораблей. Вы чуете, чем пахнет? Свободой. Настоящей, чистой, полной. Если же мы сейчас засунем головы в зад, попрячемся и переждём, то наемников у нас заберут, корабли перестанут присылать, стратегов больше не дадут. А может быть, свободные братья Терионы, мы застанем день, когда имперцы и шаддинцы вместе приплывут нас резать. Видит ли так далеко твоя подружка, Каскорс?

— Гастос дело говорит. — вмешался ранее молчавший пират восточной наружности. — Если грохнем Осьминога, то будем править морями.

— А у нас вообще есть шанс? — с некоторым сомнением вопрошал еще один пират.

— Есть! — ответил ему Гастос и в голосе его звучала фанатичная уверенности, граничащая с безумием. — Забудьте дурные знамения. Верьте мне, братья. Знамения вас уже подводили, а я еще ни разу.

— Гастос… — сквозь зубы процедил чернокожий, в гадательных способностях подружки которого сомневался король пиратов. — Складно стелишь, но все ходишь вокруг да около. Хочу знать на что ты нас подписываешь!