Молодец, король, прислал подкрепление. И ведь не докопаешься, формально всё по уставу. Отрядов пехоты ровно столько, сколько обещали, рыцари есть, стрелки имеются, претензий по численности нет. Только вот у короля под рукой есть и другие войска, настоящие, закаленные в пограничных стычках, которые не прекращались ни одного года за всё время правления.

Границы никогда не были спокойными, соседи лезут регулярно, и только постоянные бои рождают настоящих солдат. Эти солдаты есть, и король о них знает, но прислал не их, а вот этих. И причины Кральду прекрасно понятны, пусть от этого понимания и не легче.

Донесение о ситуации на севере уходило наверх по цепочке, и каждое звено этой цепочки сидит на своем теплом месте, ест досыта, спит в мягкой кровати и делает всё, чтобы на этом месте остаться. Разведданные о том, что из леса надвигается организованная армия жил, к королю дошли наверняка в формулировке «деревенские жалуются, что им докучают звери».

Может, и не настолько криво, но суть та же, кто-то смягчил формулировки, кто-то убрал пугающие подробности, чтобы не показаться паникером и не вызвать неприятных вопросов сверху. А дальше король принял решение, и решение по-своему правильное, послать помощь. Он ведь хороший правитель, заботится о подданных, власть его безусловна, и земли свои бросать не намерен. Вот только приказ на отправку, спускаясь обратно по цепочке, тоже претерпел изменения, и каждый следующий командир отдавал что победнее, оставляя лучшее при себе.

Другого объяснения происходящему Кральд попросту не видит. Верить в то, что кругом одни дураки было бы наивно. Скорее всего всё гораздо хуже, вокруг достаточно умные и расчетливые люди, каждый из которых преследует свои интересы и не собирается рисковать карьерой ради каких-то северных деревень.

Кральд обернулся и уже в который раз пересчитал своих. Гвардейцы все на месте, сорок бойцов, никто не пострадал серьезно, но вымотались до предела. Он гонял их без передышки с первого дня, и каждое столкновение ложилось в первую очередь на них, больше не на кого. А вот пехота, которую выделил лорд, понесла потери. Только в этой стычке четверо остались лежать, и еще девять раненых, из которых трое встанут на ноги через неделю в лучшем случае, а шестеро, скорее всего, никогда не вернутся в строй.

Людей жаль, и Кральд это чувствовал каждый раз, когда считал тех, кто не дошел. Будь рядом стрелки, которые могли прикрыть фланг, потерять удалось бы меньше. Будь рядом конница, которая ударила бы в нужный момент, потерь могло не быть вовсе. Но конница пирует, стрелки полируют луки, а его люди в который раз берут на себя всю работу и платят за нее кровью.