Решил уже идти в сторону стройплощадки, но по пути нос зацепился за какой-то очень уж интересный запах. Точнее было бы сказать смесь запахов, от которых тут же заслезились глаза. Пробежался быстро по торговым лавкам и безошибочно определил источник, торговец в ярких одеждах и с тряпкой на голове, на его прилавке расставлены мешочки со всевозможными специями. Ну и как пройти мимо такого?

В общем, не сдержался и взял немного молотого перца, щепотку в крошечном кулёчке из свернутого подвяленного листа какого-то дерева. Казалось бы, взял-то всего ничего, но и за эту щепотку пришлось отдать столько, что я невольно задумался, из чего этот перец делают, может, из измельчённых драгоценных камней? Впрочем, специи всегда стоили дорого, в любом мире и в любую эпоху, и если уж тратиться, то хотя бы на то, от чего еда перестаёт быть просто топливом для тела.

Собственно, после прогулки по ярмарке пора возвращаться к делу. Утро ещё раннее, но погода решила не радовать. Небо заволокло низкими тяжёлыми серыми облаками, и в воздухе повисла сырость, которая обещала моросящий дождь к полудню, а то и раньше. Навес вчера доделали вовремя, и эта мысль грела не хуже горячей каши.

До участка дошёл быстрым шагом и обнаружил под навесом троицу, которая успела расположиться раньше меня. Сурик сидел на перевёрнутом ведре и задумчиво грыз соломинку, а Рект с Улем пристроились у дальнего столба и о чём-то тихо переговаривались. При моём появлении все трое подняли головы.

— Держи, — я протянул Сурику свёрток с говядиной. — Готовь, накормим всех нормально. Крупы какой свари на гарнир, если мать сможет отсыпать.

Рект, увидев кусок мяса, застыл с открытым ртом и несколько секунд просто смотрел, как Сурик разворачивает тряпицу. Потом повернулся к Улю, и на лице тощего парня промелькнуло нечто, отдалённо напоминающее человеческую эмоцию. Для Ректа, который обычно выражает чувства исключительно через жалобы и вздохи, это было практически признание в любви.

— А с рыбой что делать? — Сурик указал на несколько щучек и пару форелек, аккуратно разложенных на камне у навеса. — Я домой уже отнёс сколько надо, остальное пока не знаю куда девать.

— Закопти у меня, — махнул я рукой. — По моему рецепту только, хорошо?

— Сделаю! — мальчишка просиял и вскочил с ведра. — Сначала домой забегу, мясо занесу, потом к тебе коптить.

Сурик подхватил свёрток, рыбу и умчался в сторону деревни с такой скоростью, будто за ним гнался глиняный голем, причем как минимум крупный и сформированный, а не та жалкая поделка, которую я встретил в лесу.