— Тобас… — я выдохнул, стараясь не повышать голос. — А ты вчера мостки убирал на ночь?

— Да какой смысл? — он возмутился так искренне, что на секунду захотелось ему поверить. — Я посмотрел, корни впиваются слабо. Зачем мне каждый раз тратить на это своё драгоценное время, если это бессмысленно?

— Затем, что корни за ночь впились в стойки и теперь мостки придётся переделывать! — я ткнул пальцем в прогоны, намертво вросшие в землю. — Я же объяснял, что их надо убирать! Так вот, переделывай сам, или работай без них!

— А ты не оборзел так разговаривать? — Тобас сжал кулаки и шагнул ближе, загородив собой полнеба. Тёмные глаза сузились, скулы окаменели, и голос упал на полтона, до угрожающего полушёпота. — Мы вообще-то в лесу, до деревни далеко, и пожаловаться кому-то ты не сможешь.

Ага, выделывается перед девчонками. Ну конечно, при свидетелях он заводится втрое быстрее, это я уже усвоил. Только вот на меня подобные номера перестали действовать примерно на второй день нашего знакомства.

— А ты, придурок, сильно подумал, когда их сюда притащил? — я даже не моргнул. — А если зверь выйдет? — кивнул в сторону девушек, которые при слове «зверь» заметно побледнели. — Этих бегом отсюда, их здесь быть не должно. А мостки переделай сам.

— Я тебе что, работяга какой-то? — Тобас выпрямился и расправил плечи, отчего стал казаться ещё шире. — Я практик! Да, попросили меня рубить особые деревья, это я могу и не спорю, что лучше меня мало кто справится, и для деревни это важно. Но мостками сам занимайся. Твоё дело сделать так, чтобы мне было удобно работать!

— Значит, тебе будет удобно ходить по шипам, — я пожал плечами и указал лопатой в сторону ручья. — Мне надо сходить вон туда. Как вернусь, чтобы посторонних здесь не было. Нечего устраивать из важной стройки балаган. А железные деревья добывай как хочешь, если их не будет, объясняться станешь с Хоргом, Борном и своим отцом.

Он открыл рот, собираясь ответить что-то ещё, но я уже развернулся и потопал к ручью, закинув лопату на плечо. Топор поддал рукояткой по бедру, и через десяток шагов голоса на поляне остались позади.

Вот вроде только начинает казаться, что парень взялся за ум и захотел что-то изменить, как он тут же с разбега влетает двумя ногами в деревенский толчок со своими попытками самоутверждения. И зачем это было? Ладно с мостками, бывает, сам могу забыть что-нибудь, и ругаться на это бессмысленно. Ошибся, исправил молча, и никто слова не скажет.

Но зачем тащить сюда девушек? Зачем надувать щёки и играть мышцами, когда вокруг лес, полный тварей, от которых не каждый охотник уйдет живым? Хотя, если честно, не будь лес так опасен, я бы и сам привел сюда этих девиц, может даже заплатил бы за это. Потому что при них Тобас осилил вон какое толстенное железное дерево, уж очень хотел произвести впечатление. Так что их присутствие, как ни парадоксально, повышает производительность труда, причем в разы.