Но лежать и философствовать долго не получилось, пришлось вставать. Да и Вельт не стал разлеживаться, поднялся, потянулся и подошел к нашему бревну. Осмотрел его, потрогал потертый хомут, недовольно цокнул языком.

— Нет, ну почти сдохла, — поморщился он. — Но даже усиленный выстрел сразу не поразил, хотя я бил в уязвимую точку.

— А как ты понял, что именно там эта точка?

— Ну так путь, — Вельт пожал плечами, будто я поинтересовался, почему вода мокрая.

— То есть он тебе показывает уязвимости? Даже если ты видишь монстра впервые? — стало действительно интересно, как у него там все утсроено.

— Ага, вот так взял и рассказал тебе все тонкости своего пути, — Вельт посмотрел на меня так, будто я только что предложил ему раздеться на морозе. — О таком не спрашивают, Рей.

Вот оно как… Но в целом логично, путь в его случае должен помогать охотиться, а знание уязвимостей цели для охотника важнее острого клинка. Но Вельт прав, о таком действительно не спрашивают, и я мысленно записал себе, что подобные вопросы здесь считаются чем-то вроде просьбы показать содержимое кошелька.

— Ну, тогда я тоже не расскажу, — выдержал паузу для драматичности. — Эмм… что-нибудь интересное о своем пути.

— Не рассказывай, — Вельт отмахнулся и повернулся к бревну. — Даже если попросят. Давай что ли заберем уже волосянку, а то дышать тут нечем.

Дело хорошее, и я с удовольствием согласился, потому что вонь от полудохлой твари становилась все ядренее. Подошел к бревну и начал развязывать веревки от хомута. Частично разобрал конструкцию, выдернул гвозди из пазов, вытащил жерди и сложил тут же, на берегу.

Старые веревки, понятное дело, тоже аккуратно смотал, потому что веревка в этих краях денег стоит, и выбрасывать такое добро было бы непростительным расточительством даже учитывая, что совсем скоро все эти веревки покажутся не более чем каким-то недоразумением. Рядом с волосяными веревками-то. Хомут тоже оставил здесь, заберу потом или пришлю кого-нибудь, тащить все разом не выйдет.

Вопрос транспортировки волосянки, правда, встал ребром. Она плотно намотана на бревно и обмотана собственными волосами, в общем-то зафиксирована надежно, но щупальца все еще подергиваются, а присоски шевелилятся так, что прикасаться к ним не хочется совершенно.

Все-таки полудохлая пиявка с присосками остается пиявкой с присосками, и руки мои категорически не согласны на близкое знакомство.

Взвалили бревно на плечи, каждый за свой конец, и двинулись было в путь, когда из кустов вылетел Кейн, с коротким клинком на перевес, и встал как вкопанный на самом краю болота. Я успел разглядеть, как он появился, а это уже странно, потому что обычно Кейн возникает из ниоткуда, будто и не двигался вовсе, а просто материализовался в нужной точке. Но сейчас заметил, и то ли зрение обострилось после перехода на вторую ступень, то ли Кейн не особо прятался.