— Я помогу

Аккуратно взяв на руки худенькую сокамерницу, я, изображая как мне тяжело, перенёс её на кровать, после чего помог ей одеть свою рубашку.

Поблагодарив, блондинка сжалась калачиком и отвернулась к стене.

Идеальная игра, как по учебнику: ненавязчивость, отсутствие поспешности, заинтересованности в собеседнике.

Теперь она должна выждать некоторое количество времени, чтобы разговор вышел, как сам собой разумеющийся, ну или как средство скрасить скуку, рассказать свою историю, послушать чужую, поделиться переживаниями.

Мои предположения косвенно подтверждаются и тем фактом, что меня до сих пор никто не допрашивал, ведь если бы было иначе, то существует вероятность, что я замкнусь в себе и после душевного разговора с блондинкой уже не выйдет.

Интересно, а они специально мне погодку девушку отправили, ведь в этом мире доминант — самка, что парней подходящих нет?

Отыгрывая свою роль я, присев в угол, попытался изобразить плачущего мальчишку, периодически всхлипывая со словами: «за что мне это?», «я ведь ничего не сделал», «я, умру», «хочу жить» и т. п..

* * *

Прошло более пяти часов, наступила ночь, а я не смыкая глаз и продолжая изображать блаженного, продумывал дальнейшие ходы противника и собственную легенду в двух её вариациях исполнения.

В то же время я ожидал начала разговора, так как только после него, мою сокамерницу должны вызвать на допрос, где узнают о полученных све́дениях, на основе которых, будет строиться разговор или не разговор уже со мной.

Да, пропустил ещё один значимый момент — блондинка, должна вернуться ну очень побитой, а перед этим, в ходе нашего непринуждённого разговора, в красках рассказывать мне о бесчеловечных пытках над ней.

* * *

Моё ожидание было удовлетворено спустя ещё три часа — железная выдержка, от которой моя задница замёрзла и стала плоской. Хорошо же она подготавливает почву.

— Как тебя зовут? — услышал я её неуверенный голос, что разрезал царившую тишину.

Значит, всё-таки не спала…

— Орих… — проблеял я, не поднимая головы, — Орих Ваа́л, — чтобы скрыть фарс, попытался сделать голос чуть увереннее

— Меня — Фуюри. За что ты тут? Это же военная тюрьма

Началось… — незаметно ухмыльнулся я

— Не знаю, — подняв голову, выдавил я из себя несколько слезинок, — Угнал объект

— Как угнал? — смахнув с лица волос, удивилась она, — Как ты смог угнать объект?

Я расплакался, изображая, что меня испугал её тон и воспоминания тех событий

— Прости, это не моё дело

— Нет, — вытирая рукой слёзы, перебил её я, — Я расскажу…

Следующие два часа я потратил на рассказ душещипательной истории, о парне, что сча́стливо рос со своей семьёй в полисе — Тир, как по воли судьбы, ему с семьёй пришлось переехать в другой полис, как его семья шла через пустошь, как твари убили и съели его родных, как он, т. е. я выживал и питался найденными трупами тварей, как однажды я набрёл на место недавней битвы и обнаружив костюм пилота, где, сменив порванную одежду на неизвестный костюм, залез в мех.