Оскар мне в студию.

— Меня зовут Витория Стар, — присела за стол, моя псевдоспасительница — брюнетка, — А эта несдержанная дама, — рукой указала та на красноголовую, — Мелания Клифф. Мы дознаватели особого отдела ИСБ. Ты знаешь что это значит? — она вопросительно посмотрела на меня.

— Н-е-е-еет, — выдавил я из себя, продолжая хныкать.

— Мел, будь добра, отпусти парнишку, — видишь как ему больно? Ты же лишишь его волос.

— Но, старший офицер Стар, — обернулась та в сторону своей коллеги, — Не проще…

— Нет, — нахмурившись, перебила её Вита, — Не проще

— Тц, — недовольно цокнув языком, отпустила меня дознавательница

Вот… пошёл видимый контраст… хорошо играют, но не идеально, — в мыслях ухмыльнулся я.

Серьёзную ошибку допустила её коллега, что с безразличным взглядом смотрела на моё избиение — косяк.

Теперь настало время для амплуа добрячки…

— Ты кушал? Может, хочешь чай, кофе с булочкой? — с добродушной полуулыбкой поинтересовалась Стар.

Хм… попытка расположить меня — засчитана.

Подняв свою голову, я, излучая неподдельную благодарность, внимательно осмотрел Виторию (Стар)

Около 30 лет, тёмные волосы, стрижка — каре. Овальное, ухоженное, миловидное лицо, лишённое возрастных морщин. Синие глаза. Стройная, подтянутая фигура, на которой идеально сидит, специально подогнанный брючный костюм синего цвета, что, подчёркивая все привлекательные взору изгибы, изящно совпадает с цветом её глаз. Чёрная блузка, была смело расстёгнута на четыре пуговицы, обращая внимание на далеко не малые холмы третьего размера.

На груди металлический значок с аббревиатурой «ИСБ», что, отражая искусственный свет мрачного помещения, являлся прекрасным украшением на фоне унылой невзрачности окружения. Из-за края расстёгнутого пиджака была видна рукоять пистолета, заранее размещённого владелицей в оперативную кобуру.

Смотря ей в глаза, я отчётливо понимал, что я далеко не первый её клиент.

Есть такое, когда смотришь в глаза собеседнику и с лёгкостью можешь определить человека, повидавшего изнанку мира, замаравшего руки по локоть в крови.

Подобное не проходит бесследно, отражаясь в его душе, в сути человека.

Обычные люди, живя порядочной жизнью, чтят социум, его нормы, правила, законы, придерживаются установленного порядка, живут жизнью добропорядочного гражданина, любят, переживают, огорчаются, страдают.

Они созерцают жизнь с высоты своего, собственного, личного полёта. Для них любое отклонение от нормы или тем более преступление — это нечто, из ряда вон выходящее, другое дело те, кто шагнув за обратную сторону медали, проживает свою жизнь в её изнанке.