* * *
Едва закончилась неоднозначная лекция профессора Дмитрия Дверницкого, как он стремительно покинул аудиторию. Да и в процессе вел себя нервно и, то и дело, поглядывал на дверь.
Неужели Куракин так сильно его напугал? Угрозами вроде только в мою сторону сыпал, да и палкой своей тоже махал по мою душу. Собственно, до этого мне как раз дела не было. Занятия закончились, и я вновь направился в додзе.
Пока шел по аллее, то позволил себе улыбнуться. За целый учебный день я никого не убил и не нарушил ни одного правила Академии. Скрытые угрозы и неподобающее общение с белобрысым боярским выродком считать не будем.
На этот раз на крыльце здания никто не сидел, и я просто шмыгнул внутрь. У входа меня тут же встретил один из слуг Богдановых.
— Здравствуйте, сударь. Ваш билет? — вежливо пролепетал слуга в смокинге и слегка поклонился.
— Билет? — машинально переспросил я и глянул за спину слуги. В правой части помещения на центральном поле додзе шло сражение двух студентов, и я понял, чего от меня хотят, — вы не так поняли, я к Василисе Михайловне.
— А… Жуков Марк Игоревич, да, — кивнул слуга чуть дрогнувшим голосом, — госпожа ждет. Вас проводить?
— Нет, спасибо, — отмахнулся я и прошел мимо.
Четкий розовый шлейф энергетического слепка Василисы Богдановой ясно указывал направление в оранжерею, поэтому я сразу направился туда.
Никто из слуг Богдановых не кричал в след и не бросился мне наперерез, значит, я не ошибся с направлением.
По пути я с любопытством бросил взгляд на боевую часть додзе. Все тренажеры и прочие лишние элементы были убраны, а на их место вернулись небольшие трибуны из деревянных скамеек. На них сейчас размещались три десятка студентов и с интересом наблюдали за поединком внутри.
Там же на поле я заметил и Екатерину Богданову, которая судила бой.
Дверь оранжереи открылась, стоило мне подойти. Внутри никого не оказалось, но я и так знал куда мне идти. Люк в подвальное помещение был открыт и впустил меня на знакомую винтовую лестницу.
Как только я спустился, то встретил в круглой комнате миловидную девушку в белом халате.
— Василиса Михайловна вас ожидает, — сказала девушка и открыла передо мной дверь.
— Спасибо, — кивнул я и скользнул внутрь.
Дверь за моей спиной тут же захлопнулась.
— Выглядишь лучше, — раздался отстраненный голос из глубины помещения.
Эта комната разительно отличалась от той унылой палаты с разбитым прожектором, где мне довелось побывать в прошлый раз. Три стеллажа со склянками, разбросанные повсюду листки бумаги, исписанные неизвестными мне формулами, доска размером со всю стену.