— Так это правда, — безжизненно и спокойно сказал Всеволод Скрябин и поднялся на ноги. Отряхнулся и поднял полные ненависти и обиды глаза, — Жеребцов был прав… ты хочешь мое место…
— Так вы это вместе придумали? — искренне засмеялся Бутурлин, — обосрались и превратили простое дельце в грандиозный провал, который может стоить совету тридцати лет подготовки и решили скинуть все на меня? Вы в своем уме, идиоты? Жаль отцы вас не научили что за свои слова нужно отвечать. А вы дали слово Вельяминову и уж поверьте, он с вас спросит.
— Просто скажи это, — нервно посмеиваясь тихо сказал Скрябин, — Просто скажи это глядя мне в глаза!
Бутурлин отсмеялся и даже расслабился и без колебаний встретил бушующий в ярости взгляд Ректора и сказал:
— Я хочу стать Ректором.
— Славно, — криво улыбнулся Скрябин, — Все ясно. Вот почему ты ничего не рассказываешь об Игоре Жукове. Потому что ты допросил его и узнал, что его сын силен. Ты помог ему подготовиться к дуэли. Ты лечил его. Ты привел Голицыных. Ты спрятал пацана после и не дал ему умереть. Это все ты… — каждое слово Ректора было пропитано нарастающей яростью и силой.
— Опять вернулись к началу? — усмехнулся Бутурлин, но от вида излучающего жажду крови Скрябина слегка попятился и укрыл себя потоковым доспехом.
Я с придыханием и нескрываемым интересом следил за происходящим, особенно когда ясно увидел образовавшуюся возможность. Что может быть лучше орущих друг на друга бояр? Конечно же убивающие друг друга бояре!
Жаль только, что именно трусливый Скрябин в отчаянии и загнан в угол, а не наоборот. Ведь не смотря на очевидную кульминацию, до которой дошел разговор, я вижу, что Скрябин не станет атаковать. Даже непоколебимой уверенности в своей правоте и незамутненной ненависти к Бутурлину не хватает, чтобы заставить трусливую душонку Ректора сделать шаг.
Что ж. Пожалуй самое время герою беседы немного поучаствовать в разговоре. Долгие годы тренировок научили меня искать возможности в любых мелочах и не бояться пользоваться ими. Некоторые выпадают раз в жизни. И эта была похожа на такую.
Я даже в самых смелых мечтах не мог предположить, что моя десятиминутная вылазка в каморку подарит мне настолько прекрасную возможность сделать свой ход уже сегодня. Да что там сегодня… уже сейчас. От нетерпения все тело трясло, а улыбка не сходила с моего лица. С театральностью у меня всегда было не очень, но мне достаточно убедить всего одного зрителя.
— Ваша светлость, я закончил тренировку, что мне делать дальше? — громко и максимально уважительно выпалил я и вышел на открытое пространство.