Во время непродолжительного разговора с Бутурлиным я выжидал момент, когда он хоть немного расслабится и отведет взгляд. Потоки были наготове, потому весь маневр я исполнил так быстро, что Бутурлин не успел мне помешать.
— Убью… тварь… — прохрипел Скрябин, поднимаясь на ноги.
Все внимание Ректора было сосредоточено на Бутурлине. Не без труда он соединил внутренние потоки и занял боевую стойку. На меня никакого внимания не обратил и даже спасибо не сказал. Неблагодарный какой-то Ректор у этой Академии. Фу таким быть.
Мимолетная расслабленность Бутурлина тут же улетучилась, а воздух знакомым образом потяжелел. Два боярина смотрели друг на друга, не решаясь сделать шаг.
Бутурлин лишь на миг отвлекался, чтобы убедиться, что я не убегаю с территории. Ну а я и не собирался. Как пропускать такое веселье? Дерущиеся насмерть члены боярского совета! Ни в одной из вариаций испытаний деда я не видел ничего подобного своими глазами!
Первым сделал ход Бутурлин и каменные плиты под ногами Скрябина поплыли в сторону, но на этот раз Ректор был сосредоточен и готов, поэтому легко удержал равновесие и рванул на противника.
Убедившись, что я никуда не убегаю, Бутурлин стал использовать тактику похожую на бой в убежище Романовых. Забрасывал врага смертоносными осколками с расстояния. Не зря весь двор поместья Бутурлина был украшен именно каменной отделкой.
Скрябину удавалось мягко перенаправлять атаки, но каждый раз это давалось Ректору все тяжелее. Сказывалась разница в чистой силе. Все-таки он был рангом пониже. К тому же сблизиться с Бутурлиным, который прекрасно себя чувствовал на открытой местности, не получалось.
— Хватит скакать, — зло бросил Бутурлин, не ослабляя напор, — просто сдохни уже во благо совета.
— Именно во благо совета я и прикончу тебя, гребаный предатель, — прошипел Скрябин и под его ногами вылез каменный осколок в виде двухметрового шипа.
Над полем боя раздался звук метала.
Когда пыл рассеялась Ректор покачивался и держался за бок, а во второй руке Скрябин держал метровую старинную саблю, украшенную золотом. Древний родовой артефакт, от которого сочилась сила рода Скрябиных.
Сила втягивалась в ранение Ректора и сливалась с его внутренними потоками.
— Занятный фокус, — отозвался Бутурлин.
И точнее не скажешь, даже мне было не понятно какую технику использовал Скрябин чтобы прятать артефакт. Держал до последнего, надеясь удивить Бутурлина лишь посмертно.
Но шип, который подловил Ректора в воздухе заставил его разыграть козырь раньше.
Скрябин использовал полученную передышку, чтобы немного восстановиться и пересмотреть тактику. Я понятия не имел чего можно ожидать от Скрябина, так как его семейка в моем мире обычно избегала открытых сражений и действовала из тени.