Технически возможно, но на практике это глупо. Но что поделать если молоток отобрали?
Приземление с третьего этажа обошлось почти без последствий. Голая синяя энергия лишь создала барьер, но не укрепила мышцы, поэтому отдача от твердой мостовой была ощутимая.
Я отряхнулся и пошарил в карманах в поисках информации. Не густо, две сотни рублей наличкой и белая пластиковая карта со смутно-знакомым гербом. Черный щит, золотые мечи… И на кой хрен я ношу с собой карту с гербом боярских свиней Скрябиных?
Подозрительно щурясь, я обернулся на здание, из которого только что выпрыгнул. Расположение и внешний вид сходятся. Если это прошлое хоть немного похоже на мой мир, то это определенно женское крыло для боярских отпрысков.
Я стал перебирать в уме рыжеволосых красоток моего возраста с подходящим именем из числа боярских детей и вспомнил только Елену Скрябину.
На душе полегчало, потому что появилась вероятность того, что карточка не моя, а я прихватил ее случайно. Или «тот» я, который был до переноса ее зачем-то украл. Оставались еще вопросики что боярин Скрябин делал в общежитии Академии лично посреди ночи, но хрен с ним. Концентрируемся на важном.
Срочность понизились, но приоритетная задача не изменилось. Разыскать деда.
Я осмотрелся и спешным шагом направился по аллее вдоль Большой Невки, прямиком к главному корпусу Академии. В перерывах между геноцидом разнообразных врагов империи, дед любил ночевать в лаборатории в обнимку со своими исследованиями и талантливыми студентками. В таком порядке.
А раз и я сейчас в Питере, а не на фронте, высока вероятность найти старика именно тут.
Все было бы в разы проще, будь при мне хоть частичка моих прежних сил. Но имеем то, что имеем.
Хотя бы родовой взор при мне. Я вижу все потоки энергий вокруг, жаль только, что без красного потока мне недоступны усиления и сканирование по площади. Придется полагаться только на визуальный контакт.
Прямо как при штурме Пекина. Ах, ностальгия.
— Эй, бездарь поганая, комендантский час нарушаем? — раздался высокомерный голос с соседней аллеи.
Присутствие неподалеку троих парней, гнобящих четвертого, я услышал сразу как оказался на улице и сейчас я проходил как раз на перекрестке и мог вмешаться. Сильные измываются над слабыми, привычная картина в любом из миров. Но, к сожалению для жертвы, мне никогда не было дела до слабаков, поэтому я просто прошел мимо.
— Ты че оглох, мразота, — агрессивно раздалось за спиной.
Да ну нет. Не может быть.
— Это че за чмо борзое? — не унимался местный гопарь.
— Да это же Жуков! — загоготал второй.