Пока он на территории Академии конечно… но если пацан сдохнет где-нибудь в канаве сам по себе, то это другой разговор. Только вот у Жеребцова и его разведки нет ни единой зацепки, где он вообще может быть.
Поэтому единственный шанс избежать неминуемого гнева Вельяминова, который видел Жеребцов — это переключить внимание лидера совета на более серьезную проблему. А раз проблем серьезнее, чем устранение Марка Жукова сейчас в Академии нет, то придется их создать.
Мысли Жеребцова прервал робкий стук в дверь. После того самого субботнего блица его помощница Елизавета обессиленно провалялась в постели два дня и только сегодня вновь вышла на работу.
— Я ведь просил не беспокоить, — недовольно пробасил Жеребцов.
— Ваше сиятельство, я знаю, простите, — сжалась Елизавета Алексеевна, — но к вам Всеволод Константинович…
— Пусть войдет, — кивнул Бронислав Жеребцов и чуть повеселев откинулся на кресле.
Через тринадцать секунд Ректор Академии Всеволод Скрябин уже нервно расхаживал из стороны в сторону. Видок у него был паршивый, растрепанные волосы, мешки под глазами, панически бегающие глаза.
— Присядь, — вздохнул Жеребцов и указал на стул, — Елизавета сейчас принесет чай. Или тебе что по крепче?
— По крепче, — согласился Скрябин и поспешно сел.
— Хорошо. Как я понимаю, поспать тебе не удалось?
— Поспишь тут… — сквозь зубы процедил Скрябин, нервно потряхивая ногой.
Жеребцов тоже не сомкнул глаз за всю ночь пытаясь найти способ выпутаться из сложной ситуации, но Ректор не спал по другой причине. После вчерашнего шоу на уши встала не только Академия, но и все городские СМИ. Поединок пробужденного внука Иркутского дьявола и одного из самых талантливых учеников Академии вызвал фурор.
Копнув чуть глубже, общественность узнала о том, что это уже вторая смерть одаренного за два дня и хоть это не было особенной редкостью, но обычно это были студенты из малоизвестных семей или вовсе безродные одаренные.
Не обошли стороной и присутствие на поединке Генерал-Губернатора, который даже успел дать короткое интервью, где восхитился талантом Марка Жукова и выразил уверенность в том, что благодаря такому поколению одаренных империя и сможет выбраться из затяжного кризиса.
Все это привлекло к Академии тонну внимания и разгребать это никому иному как Скрябину. Лично. Впервые, с тех пор как совет предпочел назначить Ректором именно Скрябина, а не Жеребцова, Бронислав не испытывал зависти.
— Нашел что-нибудь? — вежливо поинтересовался Жеребцов, когда Елизавета закрыла дверь, оставив на столе напитки и легкую закуску.