— Я вызвал Оболенского на дуэль, предлагая ее по факту Смирнову, — легче от этого пояснения не стало, но начальник перебивать не стал.

— На дуэли раскрылся обман, и мне пришлось сразиться с Оболенским. Смирнов был лишь секундантом, — продолжил еще больше вносить путаницы парень. — Это меня и взбесило, решили сделать из меня дурака. Князь еще и в правую руку ранил. Разозлившись за такую подставу, бросил в него кинжалом. Я не подумал, что могу кого-то убить, просто хотел отомстить за обиду.

— Это того стоило? Потеря чести и вира, которую придется платить? — Орлов молчал, зная, что оно того не стоило. — Ты еще подставил под дуэль друга, который тоже обесчестил себя на глазах у всего училища. Неужели ты искренне считаешь своими подругами Екатерину Зубову и Анастасию Головину? Они же тебя променяли на князя, просто услышав титул, — Иван Гелиевич понимал, что в проблеме парня виноваты две стервы и его взрывной характер, но спускать с рук такое нельзя.

— Нет, я разорвал с ними отношения, раскусив девушек, — признал парень свою ошибку.

— Что спровоцировало их на шантаж и диверсию, дабы вернуть твое расположение, — покачал головой Конев, — за ошибки молодости порой приходится дорого платить. Тогда зачем решил жестоко покалечить всю команду Оболенского? Остальные тебе ничего плохого не сделали?

— Я ничего против его девчонок не имел. Хотел лишь парней нагнуть, дабы не выпендривались. Так сказать, поставить на место. А про Клавдию не был в курсе, что Зубова решила ее отравить. Да и Оболенского планировал немного покалечить, но убивать не хотел. Он слишком силен, а притворяется слабаком, бесит ему проигрывать, — честно признался Орлов, не оправдываясь ни перед кем.

— Если бы сейчас у нас была официальная армия, я бы рекомендовал отцу отправить тебя служить, чтобы ты научился различать врагов и союзников. С Оболенским надо дружить и ни в коем случае не становиться врагом. Это слишком умный противник, продуманный, обстоятельный, смелый и решительный. А еще он мог бы быть сильным союзником, если попробуешь с ним найти общий язык. В жизни такая возможность не раз может пригодиться, подумай об этом, — Иван Гелиевич замолчал, наблюдая за реакцией задумавшегося парня. — Сейчас только от твоего решения зависит, останешься ты в училище или мне придется тебя отчислить.

— Мне нужно будет перед ним публично извиниться? Хорошо, я это сделаю, постараюсь до его отъезда успеть, — наконец-то Орлов младший принял верное решение. Начальник в уме поставил еще одну галочку в списке дел, которые ему предстояло успеть сделать до начала каникул…