— Того, что вы уже должны приобретать для города! — удивился я, — Не знаю, на каком этапе у вас сейчас процесс, но… так. Стоп. Вы ничего не слышали о WLIP?
Даже я, школьник, еще до удара молнии, слышал (и запомнил) о начале программы штата о реформации системы земельных кадастров, находящейся в прискорбном состоянии. Модернизация всех записей с переводом на цифровую основу… Постойте, они что, еще не…?
— Марк Хауген, если это шутка… — в голосе прервавшей меня мисс Прентис просквозила угроза.
— В смысле «шутка»? — не понял я, — Это обязательное требование к каждому из семидесяти двух графств штата! Это…
— Идем. Со. Мной.
Вот так вот восемнадцатилетний блондин с чересчур хорошей памятью неожиданно подорвал под Хейзелвудом бомбу… размерами с сам Хейзелвуд. Фитиль горел плавно, пусть и пофыркивая искрами, но ровно до той поры, пока натурально побледневшая женщина, совершившая на моих глазах с десяток звонков, не узнала у знакомого помощника мэра из Майями о приблизительной стоимости «пакета» цифровой модернизации администрации города. Он «весил» около тридцати тысяч долларов. Это было, конечно, очень неточно и сказано было совсем неуверенным тоном, но что такое тридцать тысяч баксов для Майями?
— Тридцать… — прошептала мисс Прентис, глядя в никуда и царапая карандашом собственноручно заполненный листок перед ней.
— Хрень, — качнул головой я, слышавший надиктовку абонента, — Не меньше пятидесяти. Они потом потратят втрое больше, потеряв море времени. Гарантирую.
— Ты о чем?
— Я не буду класть руку на библию, но без защиты от скачков напряжения, без стриммеров… — вздохнул я, — Вся техника, что закупил ваш коллега, будет работать недолго и бессмысленно. Надо закладывать минимум пятьдесят тысяч долларов на минимальный комплект. Не смотрите на меня так, мисс Прентис, это пугает. Будь у меня на руках журналы, я бы вам обосновал каждую…
— Уйди, Хауген. Просто уйди. Иначе я позвоню твоему отцу и скажу, что ты пытаешься выставить город на полсотни тысяч. Он тебя убьет. Задушит собственными руками. Я… — женщина, сняв очки, принялась массировать себе глаза, — … я просто сделаю вид, что сегодняшнего дня не было. Точка. Конец истории. Хауген? Вон!
Выйдя из мэрии, я поплелся домой, чувствуя все возрастающую эйфорию. Вот оно. Вот то, что было нужно мне, нужно нам! Место в этой жизни. Фундамент. Старт. Моя суперпозиция, моё окно овертона, белый лист, с которого я напишу опус магнум моей жизни!
Мисс Прентис никуда не денется. Она уже на крючке. Она проверит и перепроверит то, о чем полгода как знает большинство мэров штата, а потом она придёт ко мне, восемнадцатилетнему парню. Или вызовет, не суть важно, главное, что у неё нет иного варианта, нет вообще, даже не предвидится. Потом будет много работы, много сложностей, много задач, но в конце концов я сделаю это. Я воссяду на трон всемогущего, всезнающего, абсолютно незаменимого, категорически необходимого, нового, жизненно важного, элемента Хейзелвуда!