Через полтора часа и двадцать восемь саркастических замечаний Джаспер Маккриди, мы зашли в мэрию, положив перед Беверли Прентис смету на… сорок восемь тысяч долларов. Она посмотрела на Джерри так, что у того чуть очки не треснули, а затем сдержанно зашипела:
— Ты же говорил, что модернизация банка обошлась в восемь тысяч, Джерри! Банка! А у нас тут просто офис администрации!
— Так в банке был нужен только сам компьютер и программы… — промямлил отступивший на шаг Джерри, — Ну, еще и модем! Вам же нужна вся периферия с нуля, мисс Прентис. Вся.
— Что значит «периферия», когда мы говорим об одном компьютере за четыре тысячи долларов, в который моя помощница будет вбивать реестры земельных сведений⁈ — уже всерьез разозлилась и возмутилась женщина.
— Нет, мисс Прентис, — в разговор вступил подгадавший момент я, — Мы говорим минимум о двух рабочих станциях, в администрации и библиотеке, о модемах, о факсах, о сопроводительной литературе, о выпрямителях напряжения и, конечно, о лицензионных программах, на которых это все будет работать. Мы говорим о камере для микрофильмирования, о проявочном процессоре, о читальном аппарате и о куче пленок микрофильмов в качестве расходников. Без всего этого приступать к разбору архива и составлению реестра — просто-напросто бессмысленно.
— Видите? — тут же развел руками определенно мечтающий соскочить Джерри, — Это у нас компьютер, а у вас…
— Уходите! — схватив расписанную смету, составленную мной благодаря десятку звонков в Милуоки, велела мисс Прентис, — Я проверю, что вы тут написали.
Деньги. Хейзелвуд, как и любой приличный город, получает дотации. Без компьютеризации реестра дотации могут обрезать, заморозить. Это будет катастрофа. Тем не менее в бюджете города на двадцать тысяч человек неоткуда взять полсотни тысяч долларов. Подобное не лежит на счетах администрации просто так. Средства всегда в дефиците, иначе бы мой отец не тратил всю свою получку на нужды города. Конец истории.
Выход был. Будь я обычным парнем по имени Марк, я бы уже сидел с Беверли Прентис в кафе, пушил бы перышки под её почти восхищенным взглядом, протягивал бы Хейзелвуду руку помощи. Безвозмездно, по-хаугеновски. Увы, но нет, я выше этого, поэтому продолжаю таскать совсем уж ветхую макулатуру к мусорным ведрам под одобрительными взглядами моей начальницы. Чаще всего они ласкают мои ягодицы, что заставляет думать о том, что у старушки осталось многовато пороха в пороховницах!
Понадобилось еще два дня, чтобы мисс Прентис осознала безвыходность ситуации. Я как раз успел закончить наводить порядок на чердаке библиотеки, вынеся оттуда тонн пять бумаги, картона, старых фанерных вывесок и плакатов, когда в хранилище знаний, под конец рабочего дня, ворвался мой отец, объявляя, что я еду с ним и это не обсуждается.