— И никаких документов мы тоже не нашли. — задумчиво протянул Штефан

— В наше время никто с документами не катается. Тут я и не надеялся ничего такого найти.

— Ну, как в кино… Наши фотокарточки, или хотя бы от руки нарисованные портреты… Так полагается вроде?

— Ага, точно. — поддержал шутку я. — Портреты точно были, эти гады их просто успели съесть перед смертью.

— Думаешь, это люди оттуда, с базы Сиена? Приборы ночного видения… Серьезные штуки! Я даже не знаю, есть ли в Центре такие.

— Я не знаю, Штефан. Хотелось бы думать, что не они, но очень уж ловко и своевременно они к нам прицепились. Если и совпадение, то такое, очень странное, как по мне.

— Ладно. Все равно точно не узнаем, а жаль. Если на базе Сиена поселились крысы, то нам нужно бы это знать.

— Разделаемся с установкой, а потом разберемся и с Сиеной. А если не разделаемся, так и незачем с Сиеной разбираться, все сделают мутанты. И с ними разберутся, и с нами.

— Пессимистично звучит.

— Как есть…

Я пожал плечами. Вроде я уже свыкся с мыслью, что если не случится чуда, то разгоняющаяся излучениями буря накроет всех, без исключения. И даже если у бандитов есть лекарство, то большой вопрос, спасет ли их оно…

На завтрак мы остановились, совсем немного не доезжая до Профети: километров двадцать — тридцать. Дальше наш путь пролегал не по автобану, а по региональной дороге, проложенной прямо по полям. Меня это очень устраивало — засаду в таком месте не устроишь. Впереди, в сине-сером небе уже уверенного рассвета, темнели невысокие горы. Вот туда нам и надо — перевалим через первую гряду, и окажемся прямо в Профети. Если где-то и устраивать засаду, то только там, в горах.

Я украдкой посмотрел на Штефана, который как раз доедал что-то вроде тушенки из небольшой консервной банки бронзового цвета. Мой спутник приободрился, и в ночной стычке с врагом показал себя с наилучшей стороны, но я все еще не был уверен, что тот слом в нем совсем зажил. Нам предстоит проникнуть на базу пыльников, найти там установку, и любым образом заставить ее замолчать. Если за это нужно заплатить собственными жизнями, то я, наверное, готов. По крайней мере пока, сидя на сидении машины и завтракая, я готов. Очень надеюсь, что моя решимость не улетучится, когда придется такой выбор делать. Если придется.

'Оборудование привезли сегодня. Я даже не буду говорить, в каком виде и как его доставили — словно они везли мешки с картошкой! Я пытался было попросить одного из солдат выгружать оборудование поаккуратнее, но он в ответ ясно и четко обложил меня по полной. Его командир только равнодушно пожал плечами. Неужели они не понимают, что все остальное, кроме этого оборудования и наших опытов сугубо вторично?