Под шкафом на спине лежал человек, ноги его были явно придавлены этой импровизированной баррикадой. Я сначала подумал, что он мертв, пока он не зашевелился, поворачивая лицо ко мне. В комнате было темно, я его не узнал, в отличии от него:

— Андрей, какая встреча. Вот уж честно, не ожидал я тебя тут увидеть.

— Привет Санни.

Я пытался увидеть оружие в руках Санни, и раздумывал, не выстрелить ли мне в него прямо сейчас, для верности. Он как будто прочитал мои мысли, и вдруг включил маленький фонарик, резким белым светом разрезавший темноту комнаты.

— Я без оружия, как видишь.

Oн посветил на себя, и вокруг, на пол комнаты. Я увидел его пистолет, валявшийся в паре метров от него, у окна. Там же, у окна, аккуратно стояло несколько автоматов, и несколько сумок. Пол был буквально засыпан стреляными гильзами, и густо испачкан кровью.

— Да и без движения тоже. Шкафом меня придавило,

вот незадача. Мутант меня почти достал, скотина живучая. Но я его завалил все же, второго уже за сегодня, прикинь! Точнее, ты его завалил. Но будем откровенны, основную работу проделал я. Тебе оставалось только закончить дело.

Санни бодрился, но я не понимал, почему он до сих пор жив. Он был буквально весь в крови, и скорее всего это была не только кровь мутанта. Не говоря ни слова, я перебрался в комнату, пройдя по шкафу и спрыгнув с него внутри помещения. Санни вскрикнул и зарычал от боли, когда я вскарабкался на шкаф, но мне не то чтобы очень было его жаль. Я прислушался к радару, который сменил интенсивность на тусклую, и почти погас — опасности поблизости не было. Первым делом я ногой оттолкнул пистолет в угол комнаты, подальше от Санни. Приставив к нему ствол дробовика, забрал у него из руки фонарик. Санни не сопротивлялся, демонстративно разжав руки.

Я тщательно проверил пол вокруг него, осмотрел самого Санни. Оружия я не нашел. Да если бы оно и было, то Санни точно бы пустил его в ход, когда мутант полз на него. Значит, атака застала его врасплох. Ноги у Санни были явно сломаны. Мне даже неприятно было смотреть туда, где часть его тела была зажата между полом и шкафом. Шкаф был очень тяжелый, старой работы, солидного дерева. Еще и мутант, наверное, его опрокинул ударом на Санни. Мало не показалось. И вот сейчас он пригвожден к полу, как бабочка к спичечному коробку иголкой. Как же он еще не умер?

Я бегло осмотрел комнату. У стен три автомата, причем один из них — наш, мой, или Штефана. В сумках срезу нашлись гранаты, несколько цинков с патронами, тоже вроде наши, и — о чудо! — сухпайки. Я сел на подоконник, осторожно прислонил дробовик к стене, так, чтобы смог его легко схватить, и стал рвать упаковку сухого пайка, пожирая все, что находил. Санни, наблюдавший за мной с пола, решил начать беседу: