— Вы сейчас где были?

* * *

Ходили на разведку. — слегка неохотно ответил Лука. — Искали еду. Но ничего особенного не нашли.

— Погоди… Сколько я был в отключке?

— Мы тебя сюда вчера вечером привезли.

— А сейчас?

— Что сейчас? — не понял Лука. — Ты часов двенадцать проспал.

— Двенадцать? Только двенадцать? У меня рана на голове не болит. Да и чувствую я себя лучше, намного лучше. Я думал, я сегодня вообще встать не смогу…

— Ну да, на тебя значит вот так вот подействовало. — туманно ответил Лука, как будто сказал что-то само собой разумеющееся.

— Что подействовало? — спросил я, и решительно присел на край кучи блоков. — Давайте-ка поговорим.

Лея что-то сказала сыну, он ответил, потом подумал, и начал рассказывать. И вот что получилось…

Эта маленькая семья при нашем расставании была преисполнена твердой решимости в том, что выживать вдвоем легче и проще. Проще скрываться, проще искать припасы. Они раньше пытались примкнуть к разным группам выживших, которых стало много после Катастрофы, но нигде не задерживались слишком долго. Как-то раз Лея обмолвилась, что во всех этих группах «все права принадлежат мужчинам». Было ли это основной причиной для того, чтобы уходить, я не знаю.

Однако, время шло, маленькие группы либо вливались в большие, либо умирали. В нашей вселенной все законы природы одинаково работают, и, наверное, работают в любых условиях. Вопреки убеждениям Леи, выживать вдвоем стало все сложнее. Другие люди организовывались, и старались, по сути, первобытным способом негласно поделить контролируемые территории. Причем действовали так и бандиты, и «цивилизованные» выжившие. И как всегда, разделение это зависело только от того, на какой стороне ты находишься сам. Пару раз мать с сыном чуть не подстрелили, один раз они сами провалились в какой-то колодец, чудом не поломав себе ноги, и с превеликим трудом выбравшись наружу. Еду добывать становилось все сложнее, доступные в округе магазины были либо полностью разграблены, либо кишели зараженными, либо были под контролем других людей, не одиночек.

К чести Леи, она была из тех, кто ради сына будет менять свои принципы хоть на противоположные. И наконец она сказала Луке, что пора бы им опять попытать счастья, и примкнуть к какой-то группе. Слухи про «Центр» ходили везде, потому Лея решила, что раз примыкать, так уж к самой сильной организации. При этом она не делала различия между бандитами и нами, жителями Центра. Мы для нее были просто разными группами, вот и все. Однако, случилось так, что оба раза их с Лукой чуть не пристрелили именно «пыльники». Может и случайно, учитывая то, что они старались вербовать мирное население, но Лея их сразу вычеркнула из списка возможных сторонников. Таким образом, семья двинулась в сторону Портофино. Как они переходили горы, Лука мне толком не рассказал. Сказал только, что никогда в жизни туда больше не пойдет.