работа. Просто сложный клиент. У меня были сложные клиенты. Но ни один из них не заставлял меня чувствовать себя... женщиной. — Яна! Заходи. Не люблю ждать. Кабинет — панорамные окна, кожаные диваны, стол размером с футбольное поле. Асланов сидел на краю стола, а не за ним. Без пиджака. Рукава рубашки закатаны до локтей, обнажая смуглые предплечья с венами. Господи, у него руки. Я видела сотни мужских рук. Но эти... Они выглядят так, будто умеют не только подписывать бумаги. Они выглядят так, будто умеют ломать, держать, прижимать. — Кофе? — Я не пью кофе на голодный желудок. — А кто сказал, что он на голодный? Он щёлкнул пальцами, и вкатили тележку с завтраком. Выпечка, мёд, сыр, фрукты, буженина — целый натюрморт. — Садись. Поешь. Я не веду дела с голодными людьми. Это правило. У меня много правил, ты постепенно узнаешь. Я села. Взяла круассан. Вкусно. Где он берёт такие круассаны? Наверное, личный пекарь. У таких людей всегда есть личный пекарь, личный пилот, личный... Стоп. Он что-то говорит. — Мой курорт в Сочи висит на волоске. После того как ты назвала мой бизнес-план туалетной бумагой, ещё три банка отказались. Теперь мне нужно, чтобы ты всё исправила. Поедешь в Сочи, проведёшь аудит, предложишь план реструктуризации. — А с чего вы взяли, что я соглашусь? Он отпил кофе. Посмотрел на меня — и круассан застрял в горле. Он знает. Точно знает. Про Катю. Про поддельную статистику. Про статью за мошенничество. — Мой двоюродный брат работает в службе безопасности твоего банка. Я знаю о тебе всё. Что ты ешь на завтрак. Какие книги читаешь. И какие скелеты прячешь в шкафу. — Это шантаж. — Это бизнес. Три месяца — и я забываю о том, что видел в твоём личном деле. Девяносто дней. Две тысячи сто шестьдесят часов рядом с ним. Сможешь ли ты сохранить дистанцию? Я открыла рот, чтобы ответить, — и в этот момент дверь распахнулась. — Тимур! Влетела женщина. Высокая, длинноногая, скулы — резать хлеб. Платье стоимостью в мою месячную аренду. Лера. Бывшая. Триста тысяч подписчиков в инстаграме. В жизни ещё более отфотошопленная. — Ты выкинул мои вещи?! Через охрану?! Асланов даже не повернул головы. Посмотрел на меня — и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на скуку пополам с любопытством. Мол, «давай, покажи, на что способна». — Познакомься, Яна. Это Лера. Моя бывшая. — Я не бывшая! Мы не расставались! — Лера, я отправил тебе цветы и записку. Что ещё нужно? — Записку?! Ты написал «спасибо за всё» и выставил мои чемоданы! Она вдруг заметила меня. По-настоящему. Её