— Атлас, — я произношу его имя, и по мере того, как я говорю, его лицо краснеет.

Он смотрит мимо меня на комнату, где в своей постели лежит моя сестра. Когда я заглядывала к ней в последний раз, она спала.

— Она там? — спрашивает он, не глядя на меня.

— Ты пришел за ней? — недоверчиво спрашиваю я, каким-то образом умудряясь встать.

Оборачиваясь ко мне, он рычит.

— Не за тобой, это уж точно, — я невольно икаю. — С той минуты, как я впустил тебя, ты не принесла в мою жизнь ничего, кроме неверных поворотов и неверных решений. Я должен был убить тебя, когда был шанс.

Я подбираюсь к нему ближе.

— Еще есть время. Давай, сделай это. Приставь нож к моей шее и перережь, — я сожалею о своих словах в тот момент, когда они срываются с моих губ, но гнев овладевает мной, и в его глазах мелькает боль, прежде чем они снова превращаются в ненависть.

— Может быть, я сделаю это, когда ты меньше всего этого ожидаешь, — выплевывает он, затем поворачивается и идет к двери, не оглядываясь.

Я остаюсь у стены, прислушиваясь к разговору.

— Ты пришел. Я знала, что придешь.

— Это правда? — спрашивает Атлас.

— Что? — уточняет Люси, и ее голос звучит гораздо вежливее, чем когда она разговаривала со мной.

— Не играй со мной, Люси. Сегодня не время для твоих игр, — говорит он, и я представляю, как он проводит пальцами по своим идеально уложенным волосам.

Прижимаясь спиной к стене, я опять сползаю на пол, не уверенная, стоит ли мне уходить.

Почему я чувствую необходимость всегда заботиться о Люси, даже после всего, что она сделала? У меня нет ответа на этот вопрос, и единственный человек, который может это изменить — только я.

Встав, я поворачиваюсь и осматриваю комнату.

Люси хмурится, когда видит меня.

— Я ухожу, — говорю ей. — И на этот раз я не вернусь, Люси.

Она откидывает волосы за плечо.

— Я никогда не хотела, чтобы ты меня спасала, Теа.

Я перевожу взгляд на Атласа, который смотрит на Люси, но я все равно обращаюсь к нему.

— Я предупреждаю за две недели. Спасибо, что вернул мне работу, и... — я замолкаю, глядя на Люси, которая смотрит на меня так, словно я не могу убежать от нее достаточно быстро.

Атлас стоит ко мне спиной, ни разу не взглянув в мою сторону. Я прикусываю язык, поворачиваюсь и ухожу.

Почему я должна заканчивать то, что собиралась сказать, если этому человеку, кажется, все равно?

А было ли ему когда-нибудь не все равно?

Или он просто был великим притворщиком?

Думаю последнее.

Как только я прихожу домой, я подхожу к Тине, которая сидит на пороге моего дома. Она поднимает на меня взгляд, и ее лицо мгновенно вытягивается.