К вечеру почти все вещи собраны.
Макар вызывается в несколько рейдов перевезти вещи на служебной машине. Его коллеги из опергруппы готовы помочь с погрузкой.
В общем, все складывается. На прощание я задерживаюсь на миг у клумбы с пышными пионами и с любовью касаюсь их пальцами.
- Прощайте, мои хорошие. Представляю, как вы будете благоухать, когда расцветете, - произношу с печалью.
Позади меня притормаживает сестра. Она снова в своих любимых джинсах, майке и кедах.
- С ума сойти, ты прожила с мужчиной двадцать лет, а все, о чем ты печалишься - это безмолвные пионы? - она выгибает бровь.
Я пожимаю плечами.
- Ещё есть мои сыновья. Но они теперь далеко отсюда.
- С ними ты скоро встретишься.
- Это точно.
Я вздыхаю. Когда прилечу в Москву, мне предстоит долгий разговор с сыновьями. Но, прежде чем это случится, надо многое успеть. Да и записаться в салон красоты не помешает. Жгучее желание сменить имидж, сбросить с себя оковы, зудит внутри, не давая покоя.
Переезд занимает остаток вечера. Я щедро благодарю коллег Макара, угощаю их остатками моего фирменного наполеона. А потом, кое-как разместившись в маленькой спаленке маминой квартиры, я набираю номер салона красоты.
Мне везет - место в салоне свободно как раз во второй половине дня перед моим отъездом.
- Марго, ты как? - в дверях маленькой спальни притормаживает мама. - Сделать тебе чай с ромашкой?
Я сижу на маленькой кровати и рассеянно потираю лоб. Коробки с моими вещами, кресло и стеллаж заняли почти все свободное место. Не развернуться. Но у меня уже нет сил все это разбирать.
- От чая не откажусь, - чеканю механически.
- Тогда идем на кухню. После ухода ребят осталось немного торта. Заодно доедим его.
Я хочу сказать маме, что это вредно - есть сладкое на ночь. А ещё - что меня отныне всегда будет тошнить от моего фирменного наполеона. Но почему-то вместо того, чтобы сопротивляться, я поднимаюсь и послушно иду за ней следом в небольшую, но всё ещё уютную кухню, на которой прошло мое детство и юность.
Мы с мамой сидим за столом молча. Молча поглощаем чай с ромашкой и добиваем остатки торта.
И вдруг сквозь повисшую тишину пробивается звонок от сестры Ники.
- Марго! - возбужденно тараторит она. - У меня получилось! Я передала фотографии Сашиной Ирочке!
- Как тебе удалось? - изумляюсь я.
- Очень просто. Я попросила Макара поехать к ее дому, и он подбросил нас с дочками. Уж не знаю, где бродит твой муженек, но его в уютном гнездышке не было. А вот Ирина оказалась на месте. Она как раз загоняла машину. Я отдала ей самые гадкие фотографии и сказала, что ей следует их просмотреть, чтобы быть в курсе того, кем на самом деле является отец ее сына.