Накаленный напряжением воздух взрывается гомоном и вспышками фотоаппаратов. Нас снимают на камеры телефонов, делают фото, изучают пустой гроб.
- Что?! - Ника прикрывает рот ладонью. Переводит взгляд то на маму, то на меня.
- Мама, что ты.… что ты наделала? - шепчет она, и ее губы дрожат от рвущихся из груди всхлипов.
Я вижу сыновей, которые наконец осознают, что гроб действительно пустой, а я стою живая. Выражение их лиц не передать словами.
- Мама! Мамочка! - раздается дружный рев, и дети кидаются ко мне. Виснут у меня на шее, целуют мои руки и лицо, и тоже плачут.
У меня перед глазами все кружится. Я не теряю сознание только благодаря тому, что за моей спиной незримо стоит Руслан. Его сильные руки крепко меня поддерживают.
- Мама?! - Ника отступает назад. Кажется, она не может поверить, что это происходит.
Туманов делает знак кому-то из своих людей, и маме на запястья надевают наручники.
- Бабушка! Что произошло? Почему на тебе наручники? - Яся пугается, начинает плакать.
Ее забирает Макар. Ведет к младшим и приказывает им постоять тихонько у стены.
- Вы не понимаете?! Так было бы лучше для всех! - громко выкрикивает она. - Марго никто не собирался причинять вред! Она должна была потерять память, а потом вернуться к нам! А так - как ей теперь жить с тем, что она узнала обо мне и Саше?!
Глава 46
- Как я буду жить с тем, что узнала?! - вырывается у меня всхлип. - А знаешь, мама, я смогу! Просто переступлю через страшные подробности чудовищной лжи, которая окружала меня двадцать лет, освобожусь от ненужного брака и начну все с чистого листа!
- Марго, Боже мой…
Ника расталкивает мальчишек, виснет на моей шее и горько плачет.
А я больше не могу говорить, меня душат слёзы.
Мужчины выводят нас с Никой на свежий воздух.
Руслан бежит в машину за водой, Макар находит свободную лавочку под пышным каштаном и усаживает туда дочек. Все трое так сильно напуганы, что даже не решаются плакать. Просто сидят и смотрят на взрослых огромными от страха глазами.
Сыновья обступают меня плотным кольцом, и никак не хотят отпустить. Обнимают, и тоже едва сдерживают слёзы.
Я сбивчиво рассказываю о своем пребывании в неврологическом диспансере, куда меня определили мама и Саша, чтобы уничтожить мою память.
Руслан приносит бутылку воды и стаканчики.
Кажется, я ещё никогда не испытывала такой сильной жажды, как сейчас. Жадно пью воду из пластикового стакана, никак не могу остановиться.
Руслан угрюмо смотрит на экран телефона.
- Этот мерзавец так и не появился, - сердится он.
- И почему меня это не удивляет? - презрительно ухмыляется Макар.