— Ну, этот мертвяк пусть и сильный, но уже не первой свежести, поскольку многоножка неплохо его потрепала. И как мы оба видели, уничтожить зомби все-таки можно, ведь останки двух растерзанных уродов дергаться даже не пытаются. — Я попытался снова посмотреть в глазок, но тот оказался беспросветно черным. Чертов урод умудрился стекло не то разбить, не то чем-то заляпать!

Преграда на пути твари продержалась дольше, чем я рассчитывал, целых минут пятнадцать. Замки то, наверное, сдались уже давно, вот только живой мертвец не понимал, что дверь открывать надо на себя. И продолжал ломиться внутрь с упорством достойным лучшего применения. Правда, сложилось у меня такое впечатление, будто его запасы сил все же не безграничны и даже нежить может устать вопреки имеющимся стереотипам о ходячих трупах. Если в начале попыток пробраться в квартиру монстр бил в среднем один раз в полторы-две секунды, то сейчас промежуток между ударами стал раза в три раза дольше. Но пафосно преодолевая созданные им же самим трудности покойник все-таки сумел сокрушить дурным напором одну из петель и частично вдавить стальную пластину внутрь. В образовавшуюся щель пролезла только его когтистая лапа с куском плеча…И тут же убралась обратно. На секунду раньше, чем мне удалось рубануть по ней топором.

— Шустрый, сволочь! — Злобно выругался я, чувствуя, что к горлу подкатывает кислый ком из всего, что есть в желудке. Как же эта тварь вблизи смердела! Ооо, испускаемая ею вонь в прямом смысле слова резала глаза. Не был бы закален молодостью в деревне и уходом за животными — точно бы вывернуло наизнанку. Присевший на корточки зомби уставился на меня через дыру своими горящими глазищами и облизнулся неожиданно свежим длиннющим розовым языком, легко бы доставшим до кончика носа. Выстрелить бы в него сейчас, да нечем! Или есть? — Аня, не найдется ли у тебя случайно пульверизатора или пластиковой бутылки? Ну, маленькой хотя бы, а то у меня среди мусора они точно не завалялись, все повыкидывал.

— Нету, — девушка тоже кривилась от мерзкого запаха испускаемого гнилым трупом, но крепилась, одной рукой сжимая большой нож, а второй кол, который было бы неплохо вколотить в сердце слишком агрессивному трупу. Ножки от стола я откромсал и заострил, однако идея поджигания зомби все равно продолжала казаться мне более симпатичной. В основном потому, что для данного действия не обязательно было сближаться с ним на дистанцию удара. Даже если покойник и не способен превратить человека в свое подобие одной лишь царапиной или укусом, то гарантированно занесет в рану гниль, более достойную называться трупным ядом.– А тебе зачем?