— Интересно, — я подобрал ткань, снова окунул её в воду и позволил капле жидкости стечь на череп, содрогнувшийся, словно от удара молотком. Там, где святая вода упала на него, появилась большая трещина. Свечение дикарского артефакта почти угасло. — Жидкость крайне агрессивно реагирует на темную магию, но как она подействует на все остальное?

Груша, на которую упала капля святой воды, осталась прежней, только мокрой. Мертвое тело людоеда от неё тоже не пострадало. И даже когда я отважился дотронуться кончиком мизинца до мокрой тряпки, чуть светившейся в магическом диапазоне благодаря впитанной жидкости, то абсолютно ничего не испытал. Правда там, куда упала первая капля святой воды, теперь уже не было заметно никаких аномалий. Очевидно, белая энергия рассеялась в окружающем пространстве, когда оказалась вне экранирующего сосуда.

— В целом святая вода по свойствам соответствует тем легендам, которые ходят под неё в народном фольклоре. Вот только чего-то сомнительно мне, будто такой жидкости в любой церкви можно хоть парочку бочек сотворить. — Позволил себе чуть пошутить я, проводя последний опыт, а именно воздействие на один из артефактов. Непонятный костяной осколок, снятый с седого шамана, на пару капель растекшейся по нему святой воды внешне не отреагировал никак, но через волшебные линзы стало видно, что выдающий её сверхъестественные свойста белый свет угас моментально. А ведь энергия не должна исчезать никуда…Ну, в теории. Движимый научным любопытством я постепенно начал увеличивать дозу жидкости и, потратив около сотни миллилитров, добился того, что цвет артефакта слегка изменился, став более блеклым. — Хм, а такую магия она тоже уничтожает, но куда менее эффективно. Ну, тоже может оказаться полезным. Особенно если найти кого-нибудь, кто может новой пару бутылей нагнать.

С клинками я потратил куда меньше времени, поскольку их предназначение и меры безопасности являлись полностью очевидными. Лишенные всяческих клейм лезвия ножей-переростков разрезали новый светильник-череп как масло, стоило только поднажать на рукоять. И фиолетовое энергетическое облако их натиском разделялось на части столь уже успешно, как и вполне материальная кость. А после эти клубы подозрительной гадости, которую очень не хотелось трогать голыми руками, рассеивались в окружающем воздухе, словно обычная загазованность.

— Хм, надо бы проверить, что бывает с такими артефактами, если их просто сломать. — Последний из трех светильников я решил разрушить при помощи старой доброй грубой силы, для чего отошел подальше и швырнул в стоящий на возвышении череп костяной меч, порядком затупившийся и потрескавшийся после перерубания-перепиливания нескольких шей. Снаряд попал в свою цель и сбил её на пол, но она не разбилась. Поколебавшись между осторожностью и нежеланием тратить патроны, все же решил использовать автомат и сделать в подозрительном предмете лишнюю дырочку при помощи пули. Выстрел попал в цель и пробил её навылет, заставив меня досадливо скривиться, поскольку цель то стояла не продырявить артефакт, а разбить на кусочки…Но потом я заметил, что фиолетовая энергия выливается из своего сосуда несколькими струйками через свежие отверстия и глазницы…Медленно формирует нечто вроде гуманоидного силуэта, видимо исключительно тем глазом, который смотрел на мир через волшебное стекло…И вполне целеустремленно движется по воздуху в мою сторону!