— Кто ты такой? В тебе слышно эхо общей крови рода, но ты не Мистраль и не Заветровский! — строго спросил меня астральный маго-механизм.

— Я — мастер-ломастер. Не шалю, никого не трогаю, починяю разное старье! Что внутри и какие текущие условия открытия? Причины негативного воздействия на Мистралей? И побыстрее с ответами, пока я и тут не начал трогать и починять! — не стал я тратить время на генеалогические выяснения.

А в сознании, к Хранителю приблизились мои любопытные пенсионеры, с инструментами в ручках — из категории «Хочу все знать!»

— Древний!.. — бухнулся на колени понятливый доспех.

И Хранитель наябедничал «представителю» своих давних создателей — обо всем.

Мистрали когда-то давно — предали Орден Врат, чтобы сохранить свои владения и добро в Западной Империи. Еще и «служебный» НЗ уперли, с драгкамнями, накаченными под завязку эфиром. Имелись внутри и записи какие-то, но их содержимое призрак не знал.

Открытие было завязано на кровь общего рода — Западного Ветра. Только вот Хранитель мог анализировать окружающую обстановку и менять права доступа, в зависимости от лояльности Ордену и степени «посвященности». И конкретно этим имуществом Мистрали воспользоваться не смогли.

Маркиз-то и Тиффани (Фетинью Заветровскую) в жены взял — в надежде, что их общий ребенок сможет открыть коробочку. А потом и на просьбы своих друзей — Чистюль откликнулся, когда те — обо мне разузнали. Типа, заделать меня вассалом, открыть чумодан, а вассала — передать Пречистым.

Со мной, в теории, могло бы и получиться. А вот тему с зачатием — Хранитель Мистралю обломал. «Контрацептивным» спектром астрала, ага. А самому маркизу — «добрый» призрак потихоньку «отключал» через ауру — половую функцию. Поэтому страдалец и не вылезал из санаториев-клиник разных…

В общем, будут у Тиффани неплохие средства к существованию, а мне достанется архив и Хранитель. Имелись у меня мысли — «раскачать» его до уровня Тигра. Астральный удар — он и сейчас был способен нанести. Вот и станет телохранителем брюнетки в дороге!

Маркиза согласилась «пересидеть» смутные времена в Светлограде. А баронесса Ойвинд, по аурной связи, милостиво согласилась принять «беженку» и «как бы тетю» своего сюзерена-гуманиста.

Усыпив для надежности маркизовых дружинников и прислугу, я сам отвез Тиффани до международной аэро-гавани в Палермо, где нанял частный дирижабль с охраной — до столицы Севера.

— Ты был бы лучшим племянником на свете! И как же я рада, что я тебе не тетя, — запутанно поблагодарила меня Тиффани, нерешительно обнимая.