Я вызвал к месту событий Комета и мы успели закончить погрузку на борт «Канюка» трофейных стволов и артефактов, собираясь уже лететь домой. Но наш курьерский кораблик (а может, и дымок над лесом) таки заметили с редкого патрульного дирижабля Надзора.
Причем принесло к нам не только инквизиторов! С ними на землю высыпалось и несколько офицеров Стражи.
Этим-то что здесь понадобилось? Вроде надзоровцев — только армейцами усиливали, пока на границы почти всех не отправили?
— Дворянин Калиномостовский? — почему-то вылез вперед Надзора — представитель Стражи.
Инквизиторы же демонстрировали какую-то странную отстраненность от своих коллег.
— Вообще-то, маркграф Загранин, — скромно сообщил я правоохранителям о своем карьерном росте.
— Мы разыскиваем западноимперского атташе по культуре!
Глава 8
— Кого, блин⁈ — не вынесла моя светлая паладинская душенька.
А душманские литературоведы у вас здесь, часом, не бегают, нафиг⁈
— Мы получили срочное сообщение, что командированный в Томск новый сотрудник консульства Западной империи мог… попасть в руки недоброжелателей, — строгим тоном довел до меня подробности офицер Стражи.
Еще и фамилию «атташе» сообщил. Сюрприз! «Однофамильцы» с почившим недавно демонологом-диверсантом!
— Не расслышал Ваше имя, офицер! А то земли тут теперь мои, а кто в гости зашел — не знаю! — проявил я ответную невежливость.
И доброту! Ведь мог бы и ножичком полоснуть! Но, по доброте душевной и из уважения к инквизиторам, я только «вскрыл» астрал вокруг стражника.
— Барон Грайворонский, — небрежно бросил мне правоохранитель, — зам Главы сыска Томской Стражи. Коллеги из Надзора мне обрисовали в общих чертах, кто Вы и как здесь оказались. Но нашей славной губернии нужен порядок не только с потусторонними делами! Поэтому рассчитываю, что Вы будете и с гражданскими властями сотрудничать… Ваше Сиятельство.
Мне даже слегка интересно стало, кто кого более оборзевшим считает — я этого говн… сыскаря или он меня. Но это сильно «слегка». Настоящий интерес вызывали тени мыслей и эмоций барончика.
Потому что ощущалась баронская досада на неких покровителей, что в спешке отправили его сюда, где его полномочия под вопросом. И яркая неприязнь к пришлому молокососу (ой, о ком это?). Да еще, к которому проявляют внимание высокие столичные персоны и Надзор. А ведь это все плохо для «дел».
Занимательно, что за дела такие, у офицера стражи, которым инквизиторы и Корона мешают? Впрочем, за дипломатический скандал или недовольство «оборотня» в эполетах я переживать не собирался. Дивизию джунгарских «атташе» я уже на тот свет отправил и живу как-то с этой болью!