— Кстати, а зачем ты сказал, что умеешь водить? — удивился Холодов.

— А я подумал, что если скажу, что нет, то он меня застрелит. Типа, зачем я ему нужен?

Он поверил, кивнул, потом хмыкнул.

— Вот на чём он и провалился, — проговорил майор себе под нос. — Поверил студенту. Ну конечно. Он же из мест, где у каждой семьи своя машина…

— Что?

— Да так, думаю вслух, — отмазался он. — Казалось бы, такие профи, но даже они не могут продумать абсолютно всё. И на мелочах проваливаются, — майор покосился на меня. — Билет лотерейный купи уже, Лебедев. С таким-то везением… Уже сколько раз выживал.

— Да мне уже не продают, — пошутил я. — Короче, потом он взял чемоданчик, там ещё ручка коричневая, и куда-то ушёл, а меня закрыл.

— А где именно это было?

— Я не помню.

Нет, адрес гаража я называть не буду, по той причине, что меня там видел один из соседей несколько дней назад. Ну а в чемоданчике были все приспособления для грима, и Холодов, судя по виду, о нём вспомнил, ведь видел его.

А теперь надо вести к самой схеме, чтобы майор решил, будто Турок готовил операцию отвлечения, то есть отвлекал внимание Холодова на себя, натравив на Штерна, который сам хотел сдать свой шпионский контакт вместе с Гриневичем.

И самого Гриневича надо упомянуть. И меня самого, будто Турок хотел для чего-то использовать.

— Потом вернулся, начал про ресторан расспрашивать, про Лисицына, — тем временем сочинял я. — Ну, этот шеф Наташи. Я перед рестораном как раз в его кабинете сидел, они меня звали к себе в офис. И про зама его спрашивал, у него фамилия ещё немецкая. Шнайдер, вроде бы, или Штайнер.

— Штерн? — подсказал Холодов.

— Да, точно! Штерн!

Я вкратце передал свой разговор с Леонидом Аркадьевичем, как он хотел меня проверить и испытать, чтобы Холодов подумал, будто Турок заинтересовался мной именно из-за этого.

— Типа, надо было посидеть спокойно, поесть, пока Наташа и остальные всю работу сделают. Прикрытие, вроде как. Леонид Аркадьич ещё сказал, что сам Штерн меня предложил, и следить за операцией будет с каким-то своим кентом из ФСБ.

— Не говорил, с кем?

— Говорил, — я задумался, будто не помнил.

— Ну, ты же в кабинете сидел? — начал направлять Холодов, попутно сворачивая на перекрёстке. — Какая там обстановка была? За окном какая погода?

— Солнце было, они ещё за столом сидели, Леонид Аркадьич воду всё время пил из графина, а Штерн из бутылки, — добавил я детальку, чтобы майор её отметил и вспомнил, когда будет разбираться с отравлением. — О! Лисицын ещё сказал, что мы взамен тебя прикроем, чтобы люди вроде Зеленевича… ой, Гриневича…