Разумеется, мне подобного не надо. Поэтому приходится идти долгим путём, чтобы гарантировать результат, а не полагаться на удачу.

Катрина исполнила своё обещание и постепенно к нам стали присоединяться отряды Стражей, которые были бы не прочь присоединиться к молодому роду. Но они… разочаровывали.

Я, конечно, понимал, что мне нужны люди, но я бы хотел видеть рядом с собой решительных соратников, которые готовы стоять до конца. Те же, кто пока соглашался поучаствовать вместе с нами в очередном рейде, шли сюда лишь из жажды наживы.

Признаю, с учётом того, сколько Разломов открывается каждый день, не то что по всему миру, а даже рядом с городом, в котором я живу, необходимы любые Стражи. Их мотивы не столь важны, главное, чтобы они уничтожали тварей Разломов. Но тем не менее я считал, что мне нужны настоящие воины, которые будут стоять до конца.

Жаль, но такие отряды как раз не хотели идти под руку молодого аристократа, потому что были самодостаточными для того, чтобы самим участвовать в закрытии Разломов. Тем более многие из них были вполне идейными людьми, и их больше интересовало уничтожение монстров, чем заработок с них.

Так что пока что не везло мне с этим.

Новая волна монстров после таких мыслей была встречена с радостью, но если поначалу это приносило нужное успокоение, то теперь… даже не знаю. Большинство монстров Разлома были похожи друг на друга и уже видя знакомую обстановку после перехода, можно было предположить, что тебя ждет, и всё же случались приятные незапланированные встречи.

Я только успел убить с десяток монстров, которые пытались сожрать меня и Елену, как из опушки леса появился новый монстр. В этот раз он был даже не похож на рысь, что несколько выбивалось из обычного положения дел в Разломе. Впрочем, никто не мог сказать наверняка, по каким правилам существуют эти места, так что стоит ли удивляться, что в этом Разломе вдруг появился гигантский медведь.

Примерно четыре метра, в момент, когда он встал на задние лапы и заревел, так что я чуть не оглох — это, стоит сказать, весьма внушительно.

— Не приближайся, — отдал я распоряжение Елене, которая всё равно, несмотря на все мои с ней тренировки, так и не стала нормальным бойцов.

Увы, но первый птенец, которого я ввёл в свою новую кровную линию, никак не хотел понимать, что ей надо обучаться боевым навыкам. Не то, чтобы она была так уж плоха, но Елене просто чужда была радость от сражений. Она тренировалась вполне усердно и могла защитить себя, но самой бросаться в битву — это точно было не её.

Вот и сейчас она просто отступила назад, контролируя окружение и не собиралась вмешиваться в предстоящий бой.