И вот Ланцов каким-то образом умудрился договориться сразу с несколькими такими группировками, чтобы получить от них эксклюзивные контракты на работу их лучших отрядов.

— Подобные контракты — большая редкость, — продолжал распорядитель, стоя на сцене. — У наёмников почти всегда есть работа. Чаще всего именно они выбирают, за что браться и на каких условиях. Но сегодня, в рамках нашего аукциона, вам предоставлена возможность выкупить право распоряжаться действиями тех или иных групп.

Он сделал паузу и осмотрел зал.

— Разумеется, всё строго в рамках договора. Если какие-то действия не предусмотрены условиями контракта — отряд имеет полное право отказаться. Поэтому мы настоятельно рекомендуем использовать полученные возможности с умом.

И вот тут зал оживился. Послышался гул голосов, перешёптывания, кто-то даже встал, чтобы лучше видеть сцену. Было видно — это, действительно, новинка. Подобные лоты ранее не выставлялись. И потому интерес был живой, острый. Настоящий.

Для меня же всё это было пустым звуком. Я действовал в рамках собственного рода, и всё моё внимание сейчас было сосредоточено на его укреплении. Такие наёмные команды, пусть даже хорошо подготовленные, не интересовали меня. Без связей, без внутреннего понимания, без доступа к их реальным историям и людям — они для меня были пустым именем. Набор неизвестных переменных.

Так что я просто ждал, когда наконец покажут все из оставшихся моих лотов, чтобы можно было прикинуть, сколько я заработал с этого аукциона.

Но вот чего я точно не ожидал — так это вмешательства Криса.

Он, в отличие от меня, проявил живейший интерес к торгам. Его табличка взлетела вверх почти сразу, как только объявили первый контракт. Он не просто следил — он участвовал. Ставил, обсуждал, смотрел на сцену с тем характерным огоньком в глазах, который я видел у него ещё в прошлом.

Похоже, Крис был на самом деле заинтересован в этих контрактах. Весьма серьёзно.

Вопрос только — зачем?

Теперь я с искренним интересом наблюдал за тем, как мой брат яростно торгуется за контракты на наёмников. И, стоит признать, мало кто мог ему противостоять. Всё же для участия в подобной игре нужно было обладать не только внушительными средствами, но и готовностью выложить их прямо сейчас — без промедления, без колебаний. А это, увы, было по силам далеко не каждому роду.

Как-никак, под управлением аристократа находятся не только люди, но и многочисленные направления бизнеса. И пусть род может быть богатым, выдернуть крупную сумму из оборота — задача непростая. Особенно если сделать это резко. Такие действия могут привести к тому, что вся внутренняя структура начнёт рушиться, как карточный домик. Это прекрасно понимали все, но далеко не каждый был готов с этим смириться. Азарт… он слишком часто подталкивает к глупостям. И вот люди выходят за рамки собственных бюджетов — а потом только и остаётся, что горько сожалеть.