А вот это уже… гораздо интереснее.

Это уже определённо попахивало вызовом.

Я развоплотил лук и вызвал в ладони привычный меч — тот самый, с которым провёл столько боёв, что он давно стал продолжением моей руки. Это оружие знало меня, а я — его. Именно с ним я собирался сразить эту тварь, кем бы она ни была.

Пусть внешне он напоминал человека — обманчивый образ. Это был монстр Разлома. Существо, которое давным-давно перестало быть человеком. Он был пленником времени, мёртвым воином, застрявшим в миге своей гибели, продолжавшим вести бой, который, возможно, закончился уже столетия назад.

Как-никак, этот Разлом был осколком иного мира — и кто знает, сколько прошло с тех пор, как этот город пал. Его улицы наводнены безумной нежитью, воюющей день за днём в бесконечной карусели хаоса и забвения.

Я сорвался с места, как только меч полностью проявился в моей руке, и рванул вперёд — прямо на него. Чёрно-золотая фигура с безликой маской не шелохнулась. Лишь когда я нанёс первый удар, он поднял свой изящный клинок — и отразил атаку в одно движение. Лениво. Почти небрежно.

Но я видел: он сдвинулся.

Не смог сохранить надменную позу. Встал. Вынужден был покинуть своё костяное возвышение, свой символ власти на этом поле боя. Значит, я всё-таки смог заставить его двигаться. Заставить отвечать.

Я ускорился и исчез из его поля зрения, чтобы оказаться сбоку, нанося два резких удара крест-накрест. Простая, но эффективная комбинация, по сути, проверка.

На этот раз рыцарь не стал блокировать. Он отступил вбок, грациозно, почти скользя по земле, словно танцор в мрачном балете. Он всё ещё не говорил ни слова, но я уже знал: он признал меня. Не как равного — ещё нет. Но как противника, с которым придётся, действительно, сражаться.

Мы вновь оказались на расстоянии. Я стоял у подножия его «трона» из мёртвых, а он — напротив, держа рапиру опущенной к земле.

И теперь… теперь он смотрел на меня как на достойного соперника.

Далее сражение пошло уже более интенсивно — всё из-за того, что мы успели обменяться первыми ударами и оба поняли: наш противник не так-то прост. Впервые на этом уровне разлома я столкнулся с монстром, который двигался настолько быстро и при этом наносил технически сложные удары. Дело было даже не в силе — её ему, конечно, было не занимать, а в том, как он атаковал.

В отличие от большинства, этот рыцарь сохранил навыки фехтования — те, что присущи лишь тем, кто долго и упорно изучал это ремесло. А обилие мёртвых тел вокруг него лишь подтверждало: он способен справляться с множеством противников одновременно, и делает это без особого напряжения.