Смена контингента внутри Кремля повлекла за собой еще одно изменение: на меня не обращали внимания. Никто из встречных не кланялся и не заговаривал со мной. У людей имелись приказы вышестоящего начальства, и они их исполняли.

Несмотря на то, что это обстоятельство меня несказанно радовало, однако и не отметить одно упущение я не мог. Царский приказ сидеть в Красноярском княжестве формально никто не отменял, но меня даже не спросили о цели визита в Кремль, как будто так и должно быть. Беспечность или признание моего привилегированного положения?

Дверь рабочего кабинета государя раскрылась, и я прошел внутрь. Здесь почти ничего не изменилось, все предметы остались на своих местах. Никто не притронулся ни к книгам на полках, ни к недопитым напиткам Михаила II в мини-баре.

Даже Емельян Сергеевич Невский, такой же уставший и мрачный, сидел все в том же кресле, где и всегда. А вот Игорь Михайлович теперь восседал на месте государя. И это было гораздо важнее всего остального.

— Дмитрий Алексеевич, — кивнул мне цесаревич, жестом указывая на свободное кресло, — признаться, я ожидал, что ты покинешь Красноярское княжество, чтобы лично поквитаться с родом, который устроил на тебя покушение на твоей же земле.

Великий князь Невский приподнял бровь, глядя на меня.

— С меня не было снято наложенное государем ограничение, — признал я, наклонив голову. — Но на Красной площади цесаревич разрешил мне мстить. Так что я лишь воспользовался шансом.

— Да, Дмитрий, — усмехнулся будущий монарх Русского царства. — Чтобы сохранить в действии приказ государя, мне бы пришлось озвучивать ограничение для тебя лично.

Я развел руками.

— Было сказано, что за Можайскими может охотиться любой подданный. Никаких ограничений обозначено не было, а стало быть, я имел полное право действовать самостоятельно, — ответил я, заняв предложенное кресло.

Емельян Сергеевич степенно кивнул, бросив взгляд на цесаревича.

— Предлагаю так и объявить — князь Романов воспользовался лазейкой в двоякой ситуации. Думаю, не ошибусь, если скажу, что весь высший свет ожидал нечто подобное, — произнес он. — И Дмитрию Алексеевичу, кстати, была обещана царская награда за голову Можайских.

Игорь Михайлович кивнул.

— И князь Демидов тоже неплохо постарался, — заметил он с улыбкой. — Люди Руслана Александровича приложили немало усилий, чтобы сократить поголовье Можайских. И хотя я уверен, что князь Уральский действовал не из-за награды, а из-за вмешательства Виктора Игоревича в дела княжества Красноярского, его тоже следует наградить по заслугам.