Цесаревич кивнул, вновь переводя взгляд на меня.

— Тогда перейдем к следующему вопросу. Дмитрий, я надеюсь, ты поделишься теми сведениями, которые поведал тебе Александр Витальевич под техникой допроса перед своей кончиной?

Я улыбнулся.

— Безусловно, я расскажу все, что мне удалось узнать.

Пока я описывал план Можайских о смене царя и том, как им в последующем победить Германский рейх, устроив провокацию с газом, цесаревич с великим князем слушали молча. Лишь иногда Игорь Михайлович задавал уточняющие вопросы.

Как зовут того, кто связывался от лица великих князей Можайских с кайзером Германского рейха? С кем конкретно он контактировал? Какие способы связи были обговорены? А какие из них использовались?

По окончании рассказа я так выдохся, что у меня во рту пересохло. Естественно, это была реакция настоящего тела. Но я все равно протянул руку за стаканом с водой и сделал несколько глотков.

Разумеется, ни пищевода, ни желудка у меня в этом теле не имелось. Однако соблюдение банальной конспирации требовало, чтобы я мог пить и есть. Мало ли куда меня занесет, оказаться на приеме и не пригубить шампанского? Это будет выглядеть крайне неприглядно, будто я не доверяю хозяевам и потому не пью и не ем в их доме.

Поэтому в конструкции робота предусмотрен резервуар объемом, соответствующим среднестатистическому желудку взрослого человека. Часть из употребленных напитков может быть разложена на воду и другие составляющие. И что-то вполне можно использовать, например, для улучшения состояния искусственной плоти.

Как и живым тканям, нашей имитации человеческого тела тоже требуется определенный уход. А невостребованное содержимое резервуара легко вымывается и выходит через систему, имитирующую естественную. Так что при желании я в этом теле могу и туалет посетить.

Пока я потягивал воду, Игорь Михайлович сохранял молчание. Его взгляд чуть помутнел, выдавая задумчивость цесаревича. Но мой биологический брат не стал надолго отвлекаться от окружающего мира.

— Значит, у нас есть не только адреса с новыми цистернами, — произнес он негромко, — но и время, и место, откуда и куда нанесут удар немецкие войска. В таком случае не вижу смысла откладывать то, что нужно было сделать намного раньше. Емельян Сергеевич, поднимите своих людей и передайте мой приказ: Германский рейх должен на себе ощутить гнев Русского царства. Привлекайте своих специалистов, устройте им революцию или забастовки с убийством членов высшей аристократии — не столь принципиально. Я хочу, чтобы земли этого государства охватил пожар хаоса и смуты.