—Изначально я ему не поверил , — продолжил сегун. —Но затем ты ворвался к королю Норвегии. И я увидел твое превосходство над другими людьми. Понял, что ты пользуешься этими технологиями. И тогда же принял решение проверить истинность слов его величества .

Я поднялся на ноги одним движением. Дзетаро не пошевелился, но его взгляд выдавал готовность реагировать на угрозу. Сдерживало сегуна только то, что я не дал ему умереть. А раз я не убил его сразу, значит, он может быть мне полезен и остаться жив.

—Ты не монарх, не верховный правитель, Японским сегунатом вместо тебя правит совет разжиревших кланов , — произнес я. —Твой род мал и слаб. Получив эти технологии, ты бы не смог их защитить. Но я понимаю твои намерения. И думаю, мы сможем договориться .

Лицо японца чуть дрогнуло. Он почувствовал возможность не просто выжить. Кимура прекрасно понял, что я неспроста упомянул его род. А почуяв выгоду для себя, сегун намеревался в нее вцепиться.

—Я не дам тебе технологий, Дзетаро , — сказал я, глядя на собеседника, чья рука уже стала покрываться корочкой новой плоти. —Также мне нет совершенно никакой выгоды от усиления клана Кимура. Но я могу сделать так, чтобы остальные кланы ослабли. И тогда уже только от тебя и твоего рода будет зависеть, станешь ли ты, Дзетаро Кимура, настоящим сегуном, или сгинешь, не оставив после себя и следа в памяти потомков .

Японец смотрел на меня, не моргая.

—Что я должен сделать ?

* * *

Москва, Кремль .

Игорь Михайлович Милославский открыл один глаз и потянулся рукой к прикроватной тумбочке. Вибрирующий личный телефон на ней уже почти добрался до края, и вот-вот готов был спрыгнуть на пол, разбудив не только самого государя, но и спящую рядом с ним супругу.

Взглянув на дисплей, царь негромко чертыхнулся и, откинув с себя одеяло, прошел в ванную комнату. Свет загорелся, стоило Игорю I переступить порог, и государь Русского царства поморщился.

— Слушаю, князь, — не скрывая недовольства в голосе, произнес монарх, ответив на вызов.

Уж если с кем государь и мог вести себя открыто, так это с князем Красноярским. Дмитрий Романов уже неоднократно доказывал, что ему можно доверять. И дело здесь не только в отказе от претензий на трон, но и в том, что и сколько делал для Русского царства биологический сын Михаила II Милославского и Юлии Александровны Романовой.

— Прошу прощения за столь ранний звонок, государь, — слишком бодрым для такого раннего времени голосом извинился Дмитрий Алексеевич. — Но я направил на почту предложение. И мне бы хотелось как можно скорее получить ответ на него.