Алексей Александрович покачал головой, глядя на старшего сына.

— Ваша матушка бы сейчас заявила, что в тебе говорит кровь Демидовых, Сергей, — посмеялся он. — Но я рад, что ты смог сам разрешить эту ситуацию. Будем считать, что вопрос с твоим браком закрыт. Дмитрий?

Я повернулся к отцу и кивнул.

— Двадцатого числа у нас с Викторией Львовной помолвка, и в январе — свадьба, — ответил я, глядя на князя Романова. — Затягивать никто не хочет, так что выждем положенный в обществе минимальный срок, и она станет моей женой. За мной окончательно закрепится статус наследника Урала, а наши дети, вероятно, родившиеся в следующем году, уже сформируют новую линию наследования Уральского княжества. По линии Романовых.

Отец кивнул, принимая мой ответ, и не стал скрывать довольной улыбки.

— Как все интересно поворачивается, — заметил он. — Что ж, на этом предлагаю закончить семейный завтрак и всем заняться своими делами.

Покинув столовую первым, я поднялся к себе в покои. Включив рабочий ноутбук, проверил данные «Оракула». Ни на одной из камер пока что лица Юлии Александровны зафиксировано не было. Вряд ли она могла выжить в том огненном торнадо государя, но пока мне не слишком-то верилось в гибель своей биологической матери.

Слишком легко она ушла, и слишком это на нее не было похоже.

На почту пришло письмо из царской канцелярии, и я сразу же его открыл. Пропустив официальную шапку, прочел распоряжение явиться в Кремль на официальное награждение в следующий понедельник.

Естественно, я там не один буду получать награду, а в числе прочих отличившихся людей Русского царства. Спасатели, пожарники, полицейские — и среди них я один благородный. Конечно, в обществе могли бы посчитать, что это не самая подходящая компания, но у меня своя голова на плечах.

Те, у кого есть мозг в черепной коробке, и он используется по назначению, сразу поймут, что государь таким образом показывает всему Русскому царству — княжич Романов Дмитрий Алексеевич его верный человек. А заодно и новую награду вручит, подходящую случаю.

Не так уж часто царю спасают жизнь. И если так разобраться, то это действительно знаковое событие. Ведь я — Романов, а Михаил II — Рюрикович. Это ли не знак окончательного примирения между двумя линиями царских кровей?

Телефон завибрировал, и я поднял трубку.

— Здравствуйте, Виктория, — поздоровался я, откидываясь на спинку кресла.

— Дмитрий, — с облегчением выдохнула девушка на том конце. — Я так волновалась за вас, когда прочла новости. Вы в порядке? Вам нужна помощь? Мне направить к вам Василису?