Наконец, распахнулись двери, и в зал вошел царь. Сразу же за государем шагали оставшиеся Рюриковичи. Гордые лица, прямые спины, вскинутые подбородки. Но на фоне Михаила II, нужно признать, они смотрелись блекло, хотя на царе и не было столько украшений, как на родичах.
Остановившись возле трона, государь медленно опустился на сидение.
— Князь, — вдруг заговорил в моем наушнике «Оракул», и я внутренне уже сжался, как пружина, готовясь отражать новую опасность, — на Красной площади обнаружены невидимки.
Глава 16
Я перевел взгляд в сторону трона. Царь готовился начать речь, Рюриковичи вокруг Михаила II явно ничего подобного не ожидали и, скорее всего, пребывали в неведении.
Время для атаки невидимки подобрали хорошо. Царь закончит речь, и начнется праздничный салют. Скрыть за ним хоть стрельбу, хоть взрывы — не сложно. И даже если они и не собираются прорываться в защищенный Кремль, устроить кровавую расправу им никто не помешает. А уйти незамеченными, используя невидимость, когда вокруг будут паника и хаос — и вовсе проще простого.
— «Оракул», тревога.
Искусственный интеллект отвечать не стал. Погруженный в молчание зал взорвался визгом сирены. Я накрыл свою семью куполом и такой же набросил на Михаила II.
Успел заметить, как вздрогнул Невский, сразу же найдя меня взглядом. Хлопнули боковые двери, впуская десятки гвардейцев.
Наконец, среагировал Емельян Сергеевич, которому дошла информация от «Оракула»:
— Враг на площади! — разнесся голос великого князя Московского, перебивая визг сирены.
Оставляя за собой голубой шлейф силы, я на полной скорости пролетел в боковой коридор. Оттолкнувшись ногой от силового поля, выстрелил собой в бронированное окно, выбивая его вместе с рамой.
Я вылетел на площадь и едва коснулся подошвами земли, в мою сторону обернулись гвардейцы. Погруженный в глубокий транс, я прыгнул вверх раньше, чем на меня уставились стволы винтовок, и в три рывка поднялся на сотню метров.
А внизу, прямо в толпе, уже медленно расцветали первые взрывы. Невидимки не стали ждать фейерверка, начав атаку заранее.
Все, что я успел — окутать распухающие цветки взрывов куполами силы. Двадцать два силовых поля сдержали вражескую атаку на царских людей.
Но я не мог заметить невидимок невооруженным взглядом. А единственный способ — тепловой след — на запруженной тысячами людей площади ничего не даст.
У меня оставалась только одна возможность — отвлечь внимание на себя.
И за моей спиной раскрыл крылья сияющий голубым светом герб Русского царства.
Транс позволял видеть, как люди на площади бросаются прочь от уже погашенных мной взрывов. Они еще не успели осознать, что угроза пока что миновала.