Я кивнул ему, после чего шагнул вперед, полностью игнорируя боярина.
— Жители славного Красноярска! — вновь обратился я к толпе. — Я, как хозяин земли, на которой произошло хищение из государственной казны, вправе казнить этого человека. Но, может быть, вы желаете, чтобы я его помиловал?
На площади установилось молчание. Народ, кажется, даже дышать перестал, лишь бы я не передумал устраивать торжество справедливости. На лицах присутствующих я видел только гнев и желание мучительной расправы над боярином.
Выдержав паузу, я улыбнулся и вернулся на свое место.
— Александр Сергеевич, — позвал я, и майор ЦСБ поднялся на помост, чтобы встать по другую сторону от обреченного боярина.
— Да, князь?
— Властью данной мне государем нашим, я приговариваю Хоркина Леонида Борисовича к смерти. Вы можете забирать его для исполнения наказания. Также уведомляю вас, что все имущество боярина Хоркина должно быть сегодня же описано по всем правилам и передано в казну города Красноярска.
Майор и бровью не повел.
— Все понял, князь.
Пара бойцов ЦСБ, которые и привели боярина, схватили его за плечи и поволокли прочь. Я же повернулся к Нестору Петровичу и заговорил вновь.
— Я, Романов Дмитрий Алексеевич, волею государя Русского царства Михаила II князь Красноярского княжества, с настоящего момента официально лишаю боярского звания род Хоркиных.
Не громыхнула молния, не налетели тучи. Ничего не случилось, но я прекрасно знал, что прямо в эту секунду семья Леонида Борисовича теряет свой дар.
— Всех членов рода Хоркиных выдворить за территорию княжества с запретом появляться когда-либо на моей земле, — договорил я. — Арестованное имущество рода выставить на аукцион, а все полученные на нем средства пустить на нужды города. И, Нестор Петрович, я прослежу, как и куда пойдут деньги.
Чуть в стороне от нас Хоркина поставили на колени и, не устраивая особой помпы, пристрелили. Толпа ревела от радости, а я смотрел на градоначальника, и Островерхов прекрасно понимал, что я хотел ему сказать.
На месте Хоркина может оказаться и он.
Глава 7
Несколько дней спустя. Московский особняк великих князей Выборгских .
Анна Михайловна вошла в кабинет отца и, поклонившись ему, заняла место в кресле. Глава рода, хоть и отошел от дел Министерства, за работой старшего сына пока еще следил. И сейчас как раз читал сводку последних дел наследника и текущего министра иностранных дел Русского царства.
Дочь разгладила и без того идеальный подол платья — скромного, как велел одеваться патриарх Мефодий. Великая княжна в последнее время очень часто выступала перед царскими людьми, светилась в светской хронике и ей приходилось признать — новый светский образ ей самой нравился все больше. А уж сколько выгод обещал роду…