— Да, пока что мои люди справляются, — ответил я с улыбкой.

— Ну вот и замечательно, — кивнула Морозова. — Мне нужно что-то знать о встрече с патриархом?

Я качнул головой в ответ.

— Отстоим службу и совершенно свободны. Все необходимые вопросы мы уже решили, так что вряд ли его святейшество пожелает еще со мной общаться. Разве что тебе напутственное слово сказать, — проговорил я. — Впрочем, тут тебе самой решать, как и о чем с ним говорить. Все-таки патриарх значимая фигура, и для наших подданных будет лучше видеть, что ты с его святейшеством в хороших отношениях.

— Мне нужно подумать, — хмыкнула моя невеста, отворачиваясь и освобождая руку.

Я не стал ей мешать и отвлекать разговорами. Может быть, мы и не слишком верующие люди и не на каждую службу ходим, однако его святейшество это действительно серьезная величина для православия, в котором мы оба крещены.

Наконец, дома раздвинулись, открывая взгляду Покровский собор. Уходящие в серое небо шпили золотых куполов смотрелись копьями, бросающими вызов стихии. Строгая архитектура комплекса, не изменявшаяся уже несколько столетий, отличалась от современных построек своей монументальностью. Даже с расстояния ощущалось, что храм возведен на века, и делали это с душой.

Создателям удалось воплотить в камне чувство сопричастности к вечности. Город вокруг менялся за минувшие века неоднократно, перестраивались улицы, сменялись поколения, но Покровский собор стоял неизменным. И хотя теперь он уже не довлел над остальной архитектурой Красноярска, все равно складывалось впечатление, что храм — самая важная часть города. Его сердце — по-сибирски мощное и крепкое.

Машины припарковались у входа на территорию. Дальше следовало идти пешком, возглавив толпу прихожан, уже накопившуюся перед воротами в изрядном количестве.

Моя охрана покинула внедорожники, выстраиваясь цепочкой. Царская Служба Безопасности, разумеется, уже присутствовала за оградой монастыря. И если свои автомобили они поставили так, чтобы те не бросались в глаза, то сами опричники скрываться и не пытались.

Я подал Виктории руку, помогая своей невесте покинуть внедорожник. Морозова улыбнулась в ответ, и мы пошли под руку в раскрытые ворота.

Люди Романовых сдвинулись с места, сбиваясь плотной стеной за нашими спинами. Между нами была положенная приличиями дистанция. На таком же расстоянии за моей охраной двинулись боярские семьи Красноярска. И только после них, отделяя благородное сословие от царских людей, пошли сотрудники ЦСБ.

Двери собора открыли настежь, когда мы с Викторией оказались у первой ступени крыльца. Нам в глаза сразу же ударило яркое радостное сияние. Внутреннее убранство Покровского собора совсем не походило на строгую внешнюю часть. Золото, свечи, запах воска и ладана. Блестели иконы, сияли витражи.