«Достойный наследник всегда выкладывается на максимум своих возможностей в любом деле, без исключения. Что для Игоря достижение, добытое чрезвычайным усилием, то для тебя должно быть обыденностью. Ты — первый, наследник, на твои плечи ляжет забота обо всем роде» , — так говорил боярин Стремнев Константину.
И добавлял наследнику увесистый подзатыльник для закрепления.
— Это значит, сын, что наши вложения, наконец, окупятся, — несколько туманно ответил боярин, не глядя на Константина. — Этот прием поставит точку в одном очень важном, возможно, важнейшем деле для нашей семьи. И, не зависимо от результатов, род Стремневых получит царскую награду.
Спрашивать, какую именно, наследник не стал. Однако и так было ясно — глава рода не стал бы размениваться на мелочи. И уж если Павел Игнатович утверждает, что речь идет о каком-то важнейшем деле Стремневых, сомневаться в отце Константин не стал.
Но зависть и злость вновь вспыхнули в наследнике боярского рода, когда он подумал о том, что даже в каких-то тайных делах семьи Игорь его обскакал.
Ничего, подумал Константин, глядя на отца, сияющего, как уличный фонарь, придет время, и все прояснится. В конце концов, Павел Игнатович не вечен, и когда он, Константин, станет главой рода, уже ничего не помешает ему избавиться от Игоря.
Никого убивать, разумеется, наследник и не думал. Достаточно будет просто саботировать работу брата в компании, а потом изгнать Игоря за эту оплошность. Павел Игнатович хорошо учил своих детей, и как вести себя в мире больших денег, тоже показывал.
Только и разницы, что там планировалось давить конкурентов. Но разве отбирающий всю славу, поддержку родителей и их любовь брат — не конкурент⁈
Глава 16
Урал, личный особняк князя Красноярского. Князь Романов Дмитрий Алексеевич .
Виктория еще дремала в нашей спальне после перелета, а я уже выслушивал подробный доклад от Василия Васильевича, управляющего моим особняком. Пока меня не было, поменялось не так уж и мало.
Были закончены все назначенные мной работы, оборудование самого дома завершили так, как я и хотел. Этот мой дом превратился в настоящее царство хай-тека, все системы были отлажены, протестированы.
— Прислуга несколько переживает, Дмитрий Алексеевич, — сообщил мне управляющий.
— В чем причина, Василий Васильевич? — уточнил я, потягивая утренний кофе.
Мяться он не стал — приятная черта для подчиненного, когда он может говорить с тобой прямо, не юля и не подбирая слова, чтобы смягчить удар.
— Вы все реже посещаете особняк, — ответил он, чуть наклонив голову. — Обилие технических новинок серьезно сокращает нужду в обслуживающем персонале. Люди опасаются, как бы им не пришлось искать новую работу, когда их заменят ваши очередные роботы.