— Пора, — скомандовал я, выпрыгивая в окно.

— Понеслась, — радостно крикнула Ана.

Мы с Элом и Маусом уже бежали к центру площади, противники тоже ринулись в атаку, завидев цель. Над головой пронеслась ракета, оставляя за собой кривой дымный след. Рвануло знатно. Грохот взрыва осыпал нас каменным щебнем, а белесая вспышка осветила на мгновение всю площадь.

Сквозь дым прорвались первые фигуры врагов. Ракета с антиэфирной пылью, блокирующей магические способности. Не полностью, но если такой надышаться, то колдовать станет трудней. Мы рассчитывали ослабить таким образом Вестника.

По площади понеслась какая-то звенящая тихая мелодия, вперед вылетела Гончая, которая и получила первый выстрел «Лиса». Как так, что самая трусливая тварь полезла на рожон?

Еще до того, как мы добежали до центра, Хранители Кошмаров атаковали. Почуяв отголоски нашего разума, они выгнулись, словно пытались завыть. Одновременно у меня перед глазами все заволокло дымкой, затем пространство подернулось рябью, а из всех теней вокруг поползли какие-то громадные жуки в мою сторону. Из щелей между плитами взметнулись тонкие щупальца, а воздух наполнился отзвуками агонии.

Я знал, что это морок, посылаемый тварями. Я был готов к этой ментальной атаке, а защитный амулет впитал в себя часть урона. Но все равно от резко изменившейся картины волосы на затылке встали дыбом. Мы с Элом сбились с шага, но Маус лишь ускорился. Я с двух рук начал на ходу стрелять в безлицых тварей.

Крайний слева получил два цветка Бетельгейзе в грудь, а затем шпагой от Мауса в то место, где должны были быть глаза. Ему хватило. Второй расцвел всполохами выстрелов, словно психоделический куст, пока сиреневый росчерк не снес ему голову. Овер самозабвенно пинал третьего Хранителя, пока Неми беззаботно молилась возле алтаря.

Я мог лишь позавидовать ее выдержке. В таком хаосе сохранять полную сосредоточенность и не прервать ритуал. Девчонка поистине бесстрашная и не даром в Паладинах отыгрывала.

С той стороны летели меткие всполохи стрел. Никаких взрывов или вспышек, но усиленные рунами, они всегда глубоко вонзались в плоть противников, ослабляя и замедляя их.

Овер тем временем уже потянул своего в сторону алтаря. Не отрывая от тела, жахнул голову Хранителя о торчащие шипы и принялся произносить молитву. Вот и первая жертва нашему богу. Понеслась.

Кривые ряды страниц, прибитых к стенам домов, засветились алым светом. Вспыхнул простейший ритуальный круг, что мы успели начертать перед партией вокруг площади. Тонкие кривые линии еле светились, но даже такое слабое усиление молитв лучше, чем никакого.