Шёл я спокойно, иногда слышал пение птиц, а иногда и не совсем птиц. Разведка… работала. Причём как наша, так и разведка противника. Наши сигналы я узнавал, они менялись каждый день, но не целиком. Специально, чтобы путать противника. Вроде тоже самое, а вроде чуть другое. А вот условные сигналы афинских разведчиков я не знал… и внимательно слушал, откуда они доносились. Была у меня одна интересная задумка.

Услышав закономерное «пение», я направился в нужную сторону. Слух специально усилил магией, специально взглядом пытался отследить нужную точку… и нашёл. Грязный, уставший, но тем не менее с решительностью в глазах разведчик Афин находился буквально в нескольких сотнях метрах от меня. И он смотрел практически в противоположную сторону! Находился на дереве… даже одежды подобрал соответствующие, древесно-зелёные.

Когда оставалось метров пятьдесят, я уже шёл максимально осторожно и медленно, смотрел, куда ставлю ногу. И продолжал магическим взором следить за этим разведчиком. И чем ближе подбирался, тем меньше звуков издавал. Казалось, что даже сердце перестало стучать в моей груди, замаскировалось, делало это незаметно и плавно… но только казалось. Проверка показала — всё нормально. Я ещё человек.

— Боги, когда я уже отсюда смогу уйти… — шёпотом проговорил разведчик, который находился где-то метрах в пяти над землей.

Сбить его просто так, камнем, не выйдет. Придётся кидать свой посох. Попаду не попаду… вопрос другой. Попаду, я был в этом уверен на все сто процентов. Так что прицелился на источник звука, шороха, выждал мгновение, чтобы убедиться, всё же сидеть долго на ветке неудобно, затекает то одно, то другое, а потом метнул, что было сил, своё оружие. Попал. Причём весьма точно, снизу-вверх в выступающую затылочную кость…

— Неожиданно… — проговорил я сам себе под нос, когда тело свалилось с дерева.

Пропажу этого человека заметят достаточно быстро, так что я быстро обшарил его и нашёл нужный пергамент с точкой, где он должен находиться, когда должен уйти и что могут значит те или иные звуки. Причём не только их… но и наши. Враг занимался дешифровкой, что поднимало уровень его понимания происходящего в моих глазах. И заставило мысленно гневно выругаться, так как это… разоблачало часть наших разведчиков. Опасно.

Но оставлять в живых его точно не стоило. Единственное, что я сделал, взял ткань, обхватил с её помощью меч воина и осторожно вонзил в грудь. Осторожно, экономя силы… чтобы по самому удару было сложно понять, что это именно я нанёс удар. А то всажу до рукояти… сразу станет понятно, что тут явно не человек поработал.