Но в итоге с гор я спустился, спрятался в кустах и стал выжидать. Тут уже тоже ходили отряды противника, но они были каким-то… подавленными. Страх поселился в их душах. Они пока не сломлены, факт, но вот ещё немного… и это может произойти. Марафон это уже показал. Ну или они переживали из-за того, что предателей мы тоже не терпим и уничтожаем… хотя откуда они могли об этом знать? Если только кто-то по побережью восточному смог сбежать и за пару суток добраться до самих Афин.

Прошмыгнув через несколько дорог и покинутых имений, я оказался в пригороде. Тут уже были… беженцы. Причем беженцев было довольно много. В основном, к слову, женщины и дети. Стариков не наблюдалось, что меня… настораживало. И я среди них казался бельмом на глазу. При этом все они были грязными, немытыми… и злыми.

Тут уже можно было не прятаться, так что я шёл хоть и не в полный рост с гордо выпяченной колесом грудью, но и не скрывался. Делал уставший вид, замученный даже, смотрел внимательно по сторонам… и старался игнорировать цепкие, даже липкие взгляды. А их было довольно много. А их часто сопровождали фразы типа: «Ещё один…», «Дезертир, наверное…», «Скоро кого-то повесят!». Ну и так далее. В общем, все были уверены, что я — военный, который сбежал с фронта. И, раз такие разговоры ходили, случаев было достаточно много.

А ещё сам факт наличия такого городка за пределами города говорил ясно об одном: в город никого не пускали. А это… звоночек неприятный. Стен вокруг Афин с этой стороны особо не было, так, местами ещё сохранились со времен Пелопоннесской войны нашими предками. Но восстановить их никто толком не взялся… почему-то. А может, Рим в свое время хорошо потрепал Афины тоже. Что-то такое было в истории этого мира… со стороны континента несколько римских легионов дошли до Афин. Но внутренний контур оставался, вокруг самого Акрополя. Эти-то о своей безопасности думали всегда.

Так что… в город пройти было довольно просто. Главные улицы, конечно, были прикрыты охраной, но вот узкие улочки, да и крыши домов — нет. И я решил воспользоваться тем, что некоторые дома возле палаточных лагерей были… пусты. Условно пусты, там так же жили беженцы, которые просто боялись пробираться дальше в город. Слишком уже примечательными они были. А я что? Я сменил одеяния, когда нашёл подходящее место, немного ополоснулся, используя воду из бурдюка, по крайней мере очистил видимые участки тела, после чего двинулся дальше в город.

И вот тут картинка… разительно отличалась. Обычные горожане начали просыпаться и выходили на улицы. Патрульных внутри города особо не было, все силы были, ясное дело, брошены в основном на критические узлы города и его периметр. Наши могли поступить дерзко и просто перейти горы, особенно когда там земля подсохнет… но, если враг отреагирует и выстроит на их вершине свои войска — будет бойня.